Михаил Ленковский стоял на пороге своего убийства, но его мозги еще работали. Кровавый шайкист председателя сельсовета повис на ветке дерева, как кукла. В глазах Михаила плескалась надежда — он готов был противостоять злу до последней минуты. Ночь была холодной и мертвой, но внутри Ленковского горел огонек борца за справедливость....
Из комнаты появился высокий сухощавый человек средних лет. На нем был просторный спортивный костюм — из зарубежных — и толстые войлочные тапочки.
— Добрым гостям всегда рады, — хозяин дома приветливо протянул мне руку.
Хотя было тепло, но на его руках были тонкие лайковые перчатки.
— Я от Семена Артемьевича. Зовут Иваном, — потянулся я в карман пиджака за удостоверением, но хозяин жестом остановил меня:
— Знаю. Меня можете звать Сергеем Сергеевичем.
Я кивнул. «Можете звать» — это значило, что в детстве его звали совсем по-другому.
Мы расселись в дачных плетеных креслах. На низком и тоже плетеном столике стоял пузатый графин с ярко-красным, как кровь, морсом. Сергей Сергеевич наполнил фаянсовые кружки и предложил:
— Угощайтесь, Иван. Морс домашний.
Я с благодарностью кивнул.
— Думаю, ходить вокруг да около не стоит. Вас интересует школа абвера под Сеньском и ее персонал.
— Очень интересует.
— Волею судьбы мне довелось некоторое время пребывать в этом богонеугодном заведении. И даже иметь доступ к личным делам переменного состава.
«В качестве кого?!» — хотелось мне спросить. Но вовремя спохватился, вспомнив требование руководства не лезть с лишними расспросами.
— По поводу вашего Олейникова, он же Безбарбашев. Руководство считало его перспективным агентом, артистичным, способным вживаться в роль и входить в доверие. Из массы переменного состава его и еще нескольких человек выделили для особого задания — дальней заброски в центр Союза. С перспективой глубокого залегания.
— То есть германцы работали на перспективу.
— Но они же не знали, что все перспективы мы им порушим, — с хищной улыбкой произнес Сергей Сергеевич.
— А что за направленность этого особого задания?
— Промышленная разведка. По возможности диверсии и саботаж на индустриальных объектах, где разрабатываются новые образцы вооружений.
— Вы знаете, кто еще входил в группу?
— Знаю. Я ее и подбирал, — кивнул Сергей Сергеевич.
Кто бы сомневался.
— И кто?
— Командир Виктор Кутяпа, оперативный псевдоним Волк.
— Все?
— Классическая разведгруппа.
— И какова ее судьба?
— Заброска прошла успешно. Но потом связь была утеряна.
— С концами?
— Я считал, что да.
— Сейчас считаете по-другому?
— Ну группа же возникла вновь. — Сергей Сергеевич отхлебнул морс и поставил кружку на столик. — Просто поменяла хозяина.
— Как и многие.
