Автор
В "Отличнице" читатель окунется в атмосферу жестокой борьбы за власть и выживание. Очередная история о том, как обычный человек может стать частью масштабной операции по ликвидации преступного сообщества в центре города. Атмосфера книжки наполнена мрачными тенями и стремительными действиями, где каждое слово важно для победы над обреченным на поражение противником....
Иными словами, эта Чекушина пустит мой красный диплом под откос, и глазом не моргнёт… Я положила руку на ежедневник и откинула голову, прикрыв глаза.
Что ж….
Может, всё не так уж плохо? Наверняка, я буду сдавать нормативы не одна… На стадионе по выходным ведь полно народа.
Я вышла из ванной, и уже собиралась обратно в комнату, когда из коридора донеслись приглушённые, но довольно резкие голоса. Мама и отчим о чем-то спорили. Осторожно подкравшись к двери, я затаила дыхание, прислушиваясь.
- Поверь мне, это будет самым лучшим вариантом… - прозвучал натянутый шёпот отчима.
- Но Серёж.… Как я могу…
О чём это они?
Я сделала пару шагов вперед, однако на кухне вдруг воцарилась оглушительная тишина. Задумчиво разведя руками, мне ничего другого не оставалось, кроме как вернуться обратно в комнату.
* * *
Солнце только поднималось над трибунами, окрашивая беговые дорожки в мягкий золотистый свет.
Однако стадион уже гудел - повсюду сновали студенты: кто-то разминался перед забегом, кто-то отрабатывал прогулы, а группа футболистов на дальнем поле гоняла мяч, громко перекрикиваясь.
Переминаясь с ноги на ногу, я вдыхала терпкий запах нагретой резиновой дорожки, смешанный с ароматом опавших листьев - надо сказать, замечательная для конца сентября погода.
Обернувшись, я увидела Леднёва.
Он стоял чуть поодаль, активно жестикулируя и что-то объясняя, окруженный группой студентов.
- Роза, ты в следующем заходе! - резкий голос бывшего парня выдернул меня из задумчивых мыслей.
Кивнув, я сделала вид, что проверяю шнурки.
- Ну, давай, герой. Покажи, на что ты способна, - шепнул он, с дьявольским прищуром.
И я поняла, что у меня проблемы.
Возможно, даже посерьёзнее, чем, если бы долги принимала сама Чекушина.
Леднёв смотрел мне в глаза, почти не моргая. Взгляд, зажигающий похоть, с оттенком откровенного мужского желания. И легкой снисходительной полуулыбкой на губах.
После свистка, я рванула вперед, пытаясь хоть кого-нибудь обогнать, и, как мне казалось, сперва, бежала в отличном темпе.
- Плохое время, Роз. Не могу засчитать тебе этот норматив, -он расслабленно вытянул руки над головой.
- И что ты предлагаешь? - ровным голосом отозвалась я, пытаясь восстановить сбитое дыхание.
- Или бежишь ещё один круг, или приходишь в следующую субботу, - наглая усмешка, с едва заметным эхом ликования в прищуренном взгляде.
