Автор
В "Отличнице" читатель окунется в атмосферу жестокой борьбы за власть и выживание. Очередная история о том, как обычный человек может стать частью масштабной операции по ликвидации преступного сообщества в центре города. Атмосфера книжки наполнена мрачными тенями и стремительными действиями, где каждое слово важно для победы над обреченным на поражение противником....
- Дядь Серёж, можно тебя на минутку?
- Милая, мы уже легли, - донесся до меня встревоженный голос мамы.
- Это важно, и не займет много времени… Дядь Серёж, пожалуйста. Я жду тебя на кухне.
Глава 1
*Пять дней спустя*
Максим Леднёв
Выйдя на залитую июньским солнцем улицу, я потерянно добрался до ближайшей скамейки, и, рухнув на неё, неверными пальцами поспешил оживить отключенный телефон. Моментально посыпались десятки уведомлений о пропущенных звонках и сообщениях.
Неужели этот кошмар закончился?!
На этот раз я пошел ва-банк в своем стремлении достать до дна.
Первым делом я набрал Розе, представляя, как, должно быть всё это выглядит со стороны…
Увы, моя девочка не ответила.
Это было ожидаемо, учитывая, что отчим Леднёвой работал в органах. Однако я всё ещё лелеял надежду, что Роза выслушает меня, и нам удастся во всем разобраться. Жаль только, за все эти дни она даже не попыталась со мной увидеться… Бесконечная череда мурашек заставила мое тело содрогнуться.
Что ж….
Сам виноват, связавшись не с тем человеком.
Это ж надо было так влететь?
Усилием воли я заставил себя выровнять дыхание, облизывая сукровицу с разбитой губы. Тело, покрытое гематомами и синяками, ломило, но, учитывая сопутствующие обстоятельства, я не особо обращал на это внимания.
Тихо радовался, что спустя неделю ужаса и неизвестности оказался на свободе. Откровенно говоря, меня продолжало потряхивать. Сплетая пальцы на телефоне, какое-то время я безучастно пялился на потухший экран.
Единственное, чего я сейчас хотел - это услышать ее голос.
Только воспоминания о ней и помогли удержаться на плаву.
А мусора конкретно ведь жестили - когда поняли, что я буду держать язык за зубами, не собираясь вестись на их тупые угрозы, учинили беспредел. Больные проф. деформированные ублюдки.
Я крепко зажмурился, пытаясь выжечь из гудящей башки воспоминание о том, как, валяясь на полу, прикрывал голову руками, защищаясь от зверья в погонах.
И, чем больше они выходили из себя, тем интенсивнее я измывался над ними, высмеивая однотипные вопросы….
Хорошенько меня попинали. Знали, суки, куда целиться. Порой казалось, что я выплюну на хрен свои органы, а голова до сих пор гудела при каждом шаге.…
Мрачно усмехнувшись, я подставил разбитое лицо солнечным лучам, какое-то время шумно вдыхая прогретый загазованный воздух - в камере все время казалось, что его не хватает.
От калейдоскопа мыслей в башке пробрало диким ознобом, но я постарался взять себя в руки. Вдох-выдох.
