Воздух в мегаполисе стал насыщенным и немного странным — как будто все окна были открыты для обмена энергией с чужими планетами. Я вышел из здания арены, и первое что увидел — это не люди, а странные существа в тяжелых костюмах. Мир вокруг начал медленно превращаться в другое место, где законы обычного общества уже давно отступили на второй план....
Возьметесь?
— Что по деньгам?
— Половина того, что найдете внутри, плюс угги в подарок, — Данди улыбнулся. — Он, в отличиие от меня, наладил все-таки производство.
— Ты говорил, он недалеко живет?
— Да, сейчас скину тебе координаты.
Тач-панель пискнула, а я сразу же совместил полученные данные с маршрутом на основной карте. Примерно между левым и центральным маршрутами, ближе к центральному. Крюк есть, но незначительный.
— Ладно, давай попробуем…
* * *
Добро пожаловать в центр управления ? ??????? ?
ЧИЛАБ на чиле!
Временно изменил приветственную надпись, хотелось что-то с бизнес уклоном, но в голову лезли только все эти — мачо-дачо-бабло фигачу.
До фермы австралийского «фермера» мы домчали всего за два часа, и теперь уже двадцать минут трезвонили в звонок на воротах.
— Все-таки странненький — это слишком мягко про него сказано, — пробухтел Боб. — Он вообще когда-нибудь откроет? Сколько можно нас сканировать? Он всерьез думает, что мы рептилоиды?
— Видимо, он Данди звонит для проверки, а тот занят и не отвечает, — я еще раз надавил кнопку, параллельно повторно пытаясь прозвониться до бармена.
По первому общению, а нас сначала чуть не подстрелили, а потом мурыжили какими-то нелепыми вопросами, в духе, докажите, что вы земляне, нет ли за нами хвоста и не аффилированы ли мы с какими-то спецслужбами.
В диагнозе мы с Бобом сошлись на сто процентов и «странненький» сразу обрел кучу других дополнений к смыслу. Псих, затворник, верующий в высшие силы и рептилоидов, которые через Мерзлоту хотят проникнуть в наш обычный мир.
— Ну и вонь же здесь, — донеслось от Боба. — У меня ни разу такой сильной обанятельной синхронизации не было.
— Тихо, кажется, идет кто-то.
Я подпрыгнул и ухватился за забор в месте, где не было колючей проволоки. Выглянул, разглядывая ферму (назвать ее станцией язык не поворачивался) или даже ранчо.
Маленький двухэтажный дом, несколько крупных ангаров, а из всей территории от забора до дома было организовано пастбище.
В дальнем разглядеть было сложнее — бобтейлы какие-то гиперлохматые. Слипшийся обледенелый мех свешивался сосульками. Животные в основном тупо жались вместе и что-то хомячили из длинных стальных корыт.
