Грабить бедных охотников — не мое призвание, но я предлагал им все решить иначе.
Дождался полного заряда всех «запасок», растормошил химеру, которая усиленно делала вид, что спит, и выехал на улицу.
Снег валил еще сильнее прежнего, звезд не было видно. Надо мной висело лишь черное небо. Я погнал дальше, в следующий городок, где у меня был шанс раздобыть зарядку, надеюсь, что более легким способом. А там уже и «тридцать седьмая» практически на горизонте замаячит.
* * *
— Алекс! Просыпайся! — Роберт снова был возле меня и активно толкал меня в плечо.
— Без тебя не можем начать!
Я открыл глаза и обнаружил себя на полу рядом с креслом. Что опять? Состояние как после дурной пьянки. Голова гудит, словно вертолеты только-только улетели, спину и затылок ломит, будто вся сивуха именно там (в этом котелке) фильтровались, выпав в тяжеленный осадок. А я вроде бы и не пил…
— Черт, сколько я спал? — спросил я, стараясь сфокусироваться на фигуре Боба, которая отказывалась находиться в покое и постоянно перемещалась по комнате.
— Не так уж и долго по сравнению кое с кем. Всего-то пару часов, — хмыкнул Боб, а потом продолжил как-то загадочно. — А она действительно красавица…"
"— Постой! Татьяна? Надо поддерживать уровень заряда! — я вскочил на ноги.
— Не волнуйся. Эбби с этим отлично справляется. И доктор готов уже. — серьезно заявил Боб.
— Доктор?
— Алекс, очнись, наконец! Вот, держи! — Роберт протянул мне стаканчик с чем-то горячим, судя по запаху — дешевый растворимый кофе.
Я сделал глоток и ничего, кроме кислятины, на языке не почувствовал.
На ватных ногах я прошагал за Бобом внутрь станции, с каждым шагом убеждаясь в том, что мне самому реабилитация не помешает. Как из страшного сна выплыли воспоминания. И последним было то, как я проехал аномалии и вкатился в гараж «тридцать седьмой». А там меня встретили встревоженные и нервные компаньоны с кастомной каталкой, переделанной из автомобильных кресел.
— Мы готовы! — бодро повторил Боб, подталкивая меня в сторону нашего нового медблока.
Мы прошли через сильно похорошевшую гостиную и поднялись туда, где когда-то была лаборатория РИПа. Я с трудом узнавал обстановку. За две недели, что я провел преимущественно в операторском кресле в автодоме, тут действительно многое изменилось.
Покрасили стены, завезли мебель. Эбби наладила освещение. Бывшую лабораторию превратили в полноценный медицинский блок. Я заглянул в прозрачное окно в двери.
