Я провел рукой по стене, пытаясь понять, насколько следы свежие, и услышал, как под потолком захрипел динамик.
— Проверка связи, — раздался ровный голос. — Я думаю, что ты сейчас силишься понять, насколько сильно ты опоздал. Успеешь ли ты кого-то спасти?
Мой Оридж промолчал, хотя в кресле я был более красноречив.
— Успеешь, — продолжил голос. — Но для этого придется сыграть со мной в одну игру. Ты готов?
Не до конца понимая, где камера, через которую он за мной следит, просто махнул рукой в потолок. Голос был противно-приторным, прямо ощущалось, как маньяк кайфует.
— Прекрасно, — протянул голос. — Тогда начнем. Для начала найди меня.
Я задержался на пороге комнаты. Сделал вдох, выдохнул. Пробежался по своим статусам и заряду энергии. Я спокоен — сейчас найду его, вышибу ему мозги и позвоню Пауллсу, чтобы перечислил награду. Все просто, просто работаем.
Вышел в коридор и пошел дальше к лестнице.
— Горячо… — раздалось под потолком.
Я прошел мимо проема, попытался понять, что там дальше и нет ли там где заложников, но голос прорезался вновь.
— Холодно, — довольно жестко произнес голос. — Если ты будешь плохо играть, то кто-нибудь пострадает."
"Послышалась какая-то возня. Стон, а потом и короткий женский крик, быстро оборвавшийся хрипом, словно ей горло сдавили.
— Например, она. Не разочаровывай меня.
Я отключил маскировку и поднялся на второй этаж. По левой стороне были закрытые двери. Я пошел направо и после еще двух «горячо» оказался в просторной тускло освещенной гостиной, совмещенной с операторской.
Этакая комната для всего.
Слева стена с экранами, уже не только аналитика, а полное управление всей автоматикой «фермы». Перед стеной три рабочих места — полноценные капсулы. Три новеньких модели, совершенно одинаковых, только индикаторы чуть по-разному светятся. Во всех трех внутри были люди.
Справа большой круглый стол из оргенума с шестью стульями. Стол был покрыт бежевой кружевной скатертью на вид достаточно старой — не исключаю, что семейство Галлахеров хранило ее в сундуке как реликвию и передавало по наследству.
А на столе… Даже отвернуться захотелось… Лежало три отрезанных головы. По бокам две от дроидов, а по центру человеческая. Окровавленная шея, закатанные глаза и слипшиеся от крови кудрявые седые волосы. Папашу Галлахера уже не спасти.
У дальней стены комнаты, куда практически не добивал свет, в неестественной позе стояла девушка. Словно ноги отказывают, но что-то держит за шею. Тело девушки била мелкая дрожь.
