В холодной электричке почти никто не сидит — только парень и девушка, вдвоем пережившие поздний ноябрьский вечер. Высокий, тощий молодой человек в старом меховом шапке и потрепанных ботинках, а рядом — стройная девушка в серых брюках. Тепла нет ни внутри теплого вагона, ни на улице....
Потом, через несколько дней, я помог ей с английским, с которым у нее было, скажем прямо, слабовато, чем заслужил горячую благодарность в виде короткого поцелуя в щечку. Через неделю она задержалась на работе допоздна, и я предложил проводить ее до железнодорожной станции Новогиреево, откуда она обычно ездила к себе в Купавну. В этих краях на востоке Москвы по вечерам бывает неспокойно и полно хулиганья, поэтому Верочка с благодарностью приняла мое предложение.
Получилось так, что проводив Веру до станции, я незаметно сам для себя запрыгнул вместе с ней в вагон электрички и доехал до Купавны, а там уже проводил до самого дома — панельной пятиэтажки на улице Матросова.
Я еще пару раз провожал ее домой в те дни, когда у меня не было тренировок по самбо.
Все к тому и шло, и я рассчитывал вскоре и сам пригласить Верочку в гости в свою комнатушку после того, как закончу там ремонт и обставлю ее новой мебелью. Сейчас в моей служебной квартире можно только спать и есть, и то с минимальными удобствами. Ужаснувшись ее состоянию, я в первый же день вычистил лестницу, площадку перед дверью и само помещение от грязи, мусора и старой мебели. Теперь, в свободное время, я активно занимаюсь ремонтом, приводя свою комнату в человеческий вид.
"Хорошо, что руки растут у меня из нужного места, и ремонтов в свое время мне пришлось сделать немало. Худо было то, что достать нужные стройматериалы даже в Москве в середине восьмидесятых было совсем непросто, но деньги и нужные связи могут творить чудеса. Деньги у меня были, а работая в ЖЭКе, нужными связями и стройматериалами обзавестись не так уж и сложно.
