Я стоял перед Виктором Петровичем в форме генералов и готовился принять важное решение: быть открытым или продолжать игнорировать свои секреты. Открываться означает рисковать, но при этом открывать новые горизонты возможностей. Не раскрываться - значит сохранить неприкосновенность, но может обернуться ценой в будущем....
И так много раз, на сотнях и тысячах тренировок. Со временем, то что пугает домашнего мальчика, никогда толком не получавшего по лицу, для тебя уже становится обыденными и даже не стоящим особого внимания. Фонарь под глазом — ерунда, огромные сине-зеленые гематомы по всему телу — мелочи, трещина в ребре — неприятно, но тоже переживем. Так, постепенно тренировка за тренировкой, ты становишься малочувствителен к боли. Тем более, что в самом бою, на адреналине, боли почти не чувствуешь. Потом, когда возбуждение от схватки уходит, ему на смену обязательно приходит боль, но и к этому, со временем, привыкаешь тоже.
Вот об этом, и еще о многом другом, я старался по вечерам рассказывать окружавшим меня парням, с которыми, волей судьбы, оказался в одной лодке.
Глава 13
Тема сегодняшней боевой тренировки — это работа с предметами. Драка, и особенно, драка в армии — это не джентльменское соревнование, происходящее по четким правилам, с судьями, рефери и наказанием за «нечестные» приемы.
Здесь балом правит стремление к победе любой ценой. Подавить противника, сломить его сопротивление и навязать свою волю — именно ради этого и дерутся в армии пацаны, сбиваясь в кучи по национальному, территориальному, или другим признакам.
Исходя из этого, в армии не нужно быть святее Папы Римского и придерживаться правил спортивного бокса незабвенного маркиза Куинсберри. Наши руки, в отличии от лап тех же медведей, или крупных кошачьих, больше заточены не под то, чтобы бить и рвать своих врагов, а под то, чтобы хватать и держать в них что-то увесистое, ну или острое.
