Я стоял перед Виктором Петровичем в форме генералов и готовился принять важное решение: быть открытым или продолжать игнорировать свои секреты. Открываться означает рисковать, но при этом открывать новые горизонты возможностей. Не раскрываться - значит сохранить неприкосновенность, но может обернуться ценой в будущем....
Сам Жорж, опершись спиной о стенку, сидит на своей койке и расслабленно смотрит на, развалившегося точно в такой же позе Дато, на койке напротив. Рядом с Жоржем затягивается из забитого косяка один из братьев Резвановых, второй брат задремал полусидя рядом с Дато. На столе у окна стоит большая сковородка с остатками жаренной с мясом картошки, грязные тарелки с засохшей на них едой, залапанные грязные граненые стаканы и несколько пустых бутылок из под портвейна. «Духам», которые потом придут сюда наводить порядок, придется хорошо постараться, чтобы все отмыть и очистить.
— Скоро поедете в поселок, — прерывает молчание Жорж, он обращается к Дато, который считается его преемником. — Надо решать с этим Костылем и остальными «духами», пока они еще там на объекте. Кабоев, сука, мне недавно намекнул, что подумывает о том, чтобы поддержать этого Костыля, если он там справится. Типа ему нравится, как он ведет дела и, что Костыль не щемит молодняк. Так ему, сука, спокойней. Нам-то с Лечей и Магой похер, мы по любому скоро на дембель пойдем, и еще наши пацаны уйдут.
— Мы порвем сначала Костыля, а потом и чурок, если они только попробуют что-то вякнуть против нас, — хищно усмехнулся Дато.
— Молоток, вот так и действуй, — одобрительно кивнув, подтвердил Засеев. — Возьмешь из «дедушек» с собой братьев и Кобу, а еще десяток нормальных пацанов из «слонов» и из «духов», которые пришли этой весной. Пусть приучаются решать вопросы, когда мы уйдем.
