Автор
Веселье Петра не могло долго продлиться, а его долгий алкогольный отпуск всегда закончился разводом. Теперь он вновь готов отправиться на очередную вечеринку, но Есения уже отказывается платить за его безумства. Как Пётр сумеет остановиться и изменит свою жизнь? Отогрей моё сердце — это роман о том, как одиночество может стать неизбежным концом веселья....
Татьяна оторвалась от приготовления блюда и задумчиво оглядела дочь.
- Ты можешь в антресоли перебрать отрезы. Серый твил точно был и тонкая синяя шерсть, если я не использовала подругам. А что?
Есения прошла к стулу и, сев, тяжело вздохнула.
- Начальник строгий. Дресс-код у них как в школе при СССР: темный низ, светлый верх, - скривилась. – Скукота в общем.
- Старый?
- Кто?
- Начальник твой. Старпер что ли? Не банк же, кто сейчас такое требует? – недоуменно воззрилась на дочь.
- Да нет…, не старый, - Есения отвела взгляд, стыдясь перед матерью его предложения в поезде.
- Кто, кто? – протянула мама.
- Тиран, мама! – рыкнула Есения. – Строгий начальник.
- А…, ну раз надо соблюдать внешний вид, придется следовать. Не переживай, сошью тебе этот дресс-код.
***
В понедельник с волнением приехала на работу и, не задерживаясь на проходной, поднялась в приемную. Слухи о ее повышении уже распространились по офису: как из самой низкой должности за один день под бок к Тукаеву? Кто-то предположил, что Стефания уступила свой стул новенькой по просьбе Архипа.
Свет уже горел в комнате у начальника, пробиваясь тонкой полоской из-под двери. Стефания обещала несколько дней еще обучать девушку и ожидалась ближе к обеду.
Есения тихо прикрыла дверь и включила свет, прошла к гардеробу. Сняв верхнюю одежду и сменив сапоги на туфли, попутно включила компьютер, раздумывая как незаметнее переодеться. Приехав на работу в толстых лосинах, собиралась их снять, оставшись в тонком капроне и летней юбке - единственной подходящей вещи.
Из соседней комнаты доносились обрывки фраз о рабочих моментах: Тукаев с кем-то говорил по телефону.
- Шовинист-трудоголик! – прошептала в пустоту, сидя на стуле и скатывая лосины. – Другие начальники раньше девяти на работу не приезжают, а этот спозаранку явился. Или ночует тут? Может служащих проверяет? Деспот!
- Что это ты ворчишь себе под нос? - прогремел голос Архипа и Есения застыла с колготками в руках.
- Ой, напугали Вы меня. Утро доброе, - вскочила со стула, недоумевая как могла пропустить открытие им двери.
Оправила юбку и впихнула ноги в лодочки, неловко комкая одежду в руках. Архип без стеснения уставился на девушку, медленно оглядев сверху до низу, чуть задержав взгляд на открытых ногах, прощупав виртуально, довольно кивнул, возвращаясь глазами к ее лицу.
Есения закашлялась, чтобы скрыть неловкость момента.
