Автор
Утро ясным солнцем встречает, птицы щебечут в радостном унынии. Воздух живой и веселый, словно природа огорчена моей тревогой. Даже после недавних дождей — реки исчезли, воздух чист и свеж. Но жизнь вокруг наслаждается теплом дня, что лишь усиливает мое одиночество и раздражение....
– А почему у тебя есть, а у него нет? Это как–то связано и с твоим усиленным слухом, да? Ты очень сильный, наверняка, очень, – качаю головой. – С Георгом все ясно, не может быть кто–то с низкими моральными принципами быть сильным, потому он и не способен превращаться.
– Не совсем так, Бель, ты слишком идеализируешь все вокруг себя. Должно быть, в силу возраста так происходит, – Бомон хмурится. – Но я не понимаю, почему ты ничего о нас не знаешь? Твои родители видели, за кого отдают дочку замуж, они же и были инициаторами вашего с Георгом знакомства.
"– Да не так много на самом деле, – машу рукой, – с тобой мы уже гораздо больше времени провели вместе. А не знаю почему, – я на миг замолкаю, не уверенная, что стоит откровенничать, – это странно, ты прав. Тем более в нашем королевстве, где драконы не являются мифическим недоступным кланом. Держу пари, каждая девица, достигшая возраста посещения приемов, знает о вас чуть ли не больше, чем вы сами.
– Спасибо за комплимент, – герцог усмехается. – Так все–таки, отчего ты не знаешь всю нашу подноготную? Настолько нелюбопытна? Или тебя на приемы не пускали?
– Не пускали, – согласно киваю, – но причина не в этом.
– Серьезно? – искренне удивляется Бомон. – За что с тобой так? Участь юной человеческой девушки и без того не очень завидна.
– Ни за что, все со мной хорошо. И меня все устраивало, – упрямо отвечаю, а самой почему–то становится обидно.
Родители никогда не описывали светские приемы, как праздник.
Но теперь мне кажется, что причина моего заточения дома заключалась в уже имеющейся договоренности о браке. Они попросту боялись, что я увлекусь кем–нибудь еще или полюблю свободную жизнь, или и вовсе узнаю о любвеобильности Георга слишком рано.
Грустно.
– Ладно, не будем о приемах, – медленно произносит Адам.
