Автор
В стенах заброшенного здания архива сквозь мрак вырывается дрожь недовольства. Лиза Котова шепчет в ухо Ире планируемую перевеску в новый отдел, а рядом с тихим голосом Иры — Ольга Куликова хмурится от подслушанного скандала. Здесь, среди потертых корешков и выцветших бумаг, начинается настоящий роман о власти и неумолкаемой честности....
"
"— Ох, Ася, как ты изменилась! Красавица, глаз не оторвать! Стоп, а что это у тебя на пальце? Кольцо?! — ахает она. — Ничего себе! Кто же тот счастливый мужчина?
Я загадочно улыбаюсь.
— Секрет, Маргарита Ефимовна!
— Что, из наших кто-то?
— Скоро сами всё узнаете.
— Ася, не томи! — умоляет она, но я молчу, не хочу раскрывать свою тайну.
Собираю свои вещи, которых за три года работы в архиве накопилось не то чтобы очень много, но и не мало. Тут и любимая кружка, и папки с нужными документами, и яркие стикеры, которыми я отмечала важные документы, чтобы не потерять.
Теперь, когда Хвостов под следствием, в нашей межрайонной прокуратуре всё вернулось на свои места: Граф отчалил к себе в кабинет, а прокурор Ключников снова рвется в бой. Дел за отпуск накопилось немало, а я теперь незаменимая помощница прокурора. У меня было время, чтобы переосмыслить новую должность, и теперь я ничем не уступаю Лизе Котовой. Нет, я, конечно, не первая красавица прокуратуры, но неказистые очки я заменила на линзы, сделала стильную стрижку, покрасила волосы в любимую карамель и успела приобрести пару новых блузок и юбок.
А самое главное — на моем пальце поблескивает красивое колечко с фианитами — знак того, что мы с Львом очень скоро поженимся. Ну и ещё… у меня задержка. — совсем маленькая, всего-то на пару дней, но меня не покидает легкое беспокойство по этому поводу.
Тороплюсь, поднимаюсь наверх с коробкой, полной своих вещей, и сталкиваюсь у входа в отдел кадров с Лизой Котовой.
— Ася? Это ты? — Ее глаза становятся похожими на чайные блюдца. — Ну ничего себе, какие перемены! Можешь ведь, если захочешь, выглядеть достойно!
Удивительно, но я не чувствую к ней неприязни, просто пожимаю плечами и едва заметно улыбаюсь. Не хочу я пояснять каждому недругу, по какой причине мне приходилось выглядеть, как замухрышка.
