В черной форме и с черными беретами, они кажутся обычными матросами, без специального флотского обмундирования — только якорный ремень и тельняшка. Ничего не говорит о принадлежности к Тихоокеанскому флоту, даже вещмешки походят на тех у пехотинцев. Это безымянный отряд, где романтики и моряков нет — только чистая практика и тренировки. Утро начинается с изнурительных беговых操练, подчеркнуто необратимою....
Федос протягивал мне два подкотельника:
— На! Хлебай сперва этот, потом запей этим.
— Эт чё такое? — взял я первый подкотельник в руки и, не раздумывая, одним глотком выпил содержимое. Тут же горло перехватило, из глаз брызнули слёзы, и я судорожно начал глотать воздух.
— Спииртт!! Саня, да ты гребанулся! Меня щас командир грохнет!! Ууу м…яя…
— Не ссать! Была команда, спирт разбавленный, командир сам дал добро! Запивай давай.
Я начал пить из второго подкотелькника. На этот раз чай с какими-то травками — очень сладкий и очень горячий.
— Всё, теперь всю форму на себя, укутывайся плащ-палатками и спать.
— Саня, а фишка?
— Каплейт сказал спать — значит спать!
И действительно, меня начало клонить в сон с невероятной быстротой. Я натянул поверх маскхалата комбез, упал на туго надутый бок «дождя», укрылся пологом, сверху меня с головой укрыли еще двумя плащ-палатками, и я отключился, напрочь забыв обо всем.
Утром я, очумелый, вылез из-под палаток и огляделся вокруг. Туманно. Возле двухскатного навеса за защитным экраном тлеет костерок-нодья из двух здоровенных выдолбленных изнутри чурбаков, кипятится несколько котелков.
Осторожно выползая из лёжки на свежий воздух, я начал прислушиваться к своим ощущениям. Дышится легко, в горле не першит, ломоты в теле никакой. Неужто выздоровел? Только вот есть хочется со страшной силой.
— О, нарисовался! Как сам — живой, здоровый? — пробормотал проснувшийся Федос и начал опасливо оглядываться по сторонам, видно опасался бдительного ока командира.
— Ну, вроде нормально, переболел. У нас тут как?
— Тройка с Зеленым чешет район, через часик должны вернуться. Если ты здоров, пойдёшь командиром следующей тройки. Каплейт сказал, что его по возвращении Зелени или по поступлении докладов будить немедленно.
— Да пойду, конечно. Кэп сам задачу и район нарисует?
— Угу, — Федосов так смачно зевнул, что чуть не порвал рот, — а ты чего это, купаться, что ли, идешь? Холодно, капец! И вообще — вышел в поле, живи как свинья!
— Неа, можешь свинствовать, а мне неохота. Пойду рыло почищу да бивни полирну — мне минеры советовали, говорят, тонус повышается.
— Иди-иди, заодно еще воды принеси! Надо будет завтрак уже готовить.
