В помещении реанимации царит странный мрак, за которым скрывается нервная активность медиков в стенах белых костюмов и тихий сон пациентов. Здесь воздух напряжен, а каждое штрихование пульта — будто подсказка на пути к спасению жизни.
– И спросила: – Как думаешь, у нас есть второй шанс?
– Думаю, мы так-то и первый не использовали, даже не попытавшись жить вместе, – резонно заметил Денис.
– Ну так что, – все смотрела ему в глаза Алиса, – попробуем?
И спросила о самом главном:
– Тебе как, не слабо?
Кедров обнял ее за плечи, прижал к себе покрепче, тяжко вздохнул и, уткнувшись подбородком в ее макушку, высказал свое мнение:
– Какая же ты все-таки, Ёлкина… ель непроходимая.
Отстранился, порассматривал ее немного, наклонился и поцеловал.
М-да, ель, конечно. Ну непроходимая, кто бы спорил, а он кедр, а вместе они почти хвойная чаща. Ну почти. Парочки или тройки молодняка кедрового не хватает.
А второй свой шанс они придержат про запас, на всякий случай, жизнь-то длинная. А может, и не понадобится."
