Остроумно отточенными репликами и изощренными комплиментами он словно затягивал ее в какой-то бесконечный круговорот, уже выходящий за рамки обыкновенной светской болтовни.
– Пожалуй, вашим комплиментам недостает искренности, – сверкнула она глазами, сделав последнюю попытку самообороны. – А я ненавижу фальшь и моментально ее чувствую.
– Фальшь? – На лице юноши отразилось неподдельное изумление. Он даже округлил глаза. – Так вы ждете от меня полной откровенности, принцесса моих грез?
Он наклонился к ней так близко, что она почувствовала его порывистое дыхание на своей щеке. Он сверлил ее взглядом, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Она стала медленно, очень медленно отворачивать голову в сторону, давая понять, что продолжение разговора в том же духе лишено всякого смысла.
Внезапно она почувствовала на себе чей-то взгляд. Музыка смолкла, и танцпол временно опустел. Она подняла голову и с ужасом увидела в дверях Алека. Тот в упор разглядывал ее, и в его глазах она прочитала удивление, граничащее с оторопью. А еще он был откровенно раздражен, даже, скорее, взбешен от того, что видит.
В первую минуту ей захотелось вскочить и убежать куда глаза глядят. Скрыться с его глаз и спрятаться так, чтобы он ее никогда не нашел. Но уже в следующее мгновение она взяла себя в руки. С какой стати ей бежать и прятаться от Алека, разозлилась Мона, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Что за глупости! С чего ей его бояться? С небрежной грацией она кивнула шурину, давая понять, что узнала его, и снова повернулась к своему кавалеру. Но от его зоркого глаза не ускользнуло смятение Моны.
– Вы хорошо знаете Алека Гордона? – поинтересовался он у нее.
– О, я прекрасно его знаю, – несколько натянуто ответила Мона. – По-моему, он очень мил.
– Да, большинство женщин находят его именно таким, – сухо прокомментировал ответ своей дамы молодой человек. – Мне рассказывали, что…
Но очередная сплетня осталась недосказанной. Алек, ничуть не обескураженный холодным приветствием Моны, уверенно прокладывал себе путь прямо к их столику.
– Ради всех святых, Мона! Что ты здесь делаешь? – воскликнул он, подходя к ним. – Привет, Каткарт! – небрежно поздоровался он с молодым человеком.
– Я приехала в гости к маме, – начала Мона слегка дрогнувшим голоском провинившейся девочки, которая должна держать ответ перед суровой гувернанткой. – Приехала в Лондон только сегодня утром.
