Ну ничего! Узду на тебя мы найдем, Двинушка! А там уже и свалим отсюда вместе с моим подопечным, так что никто нас больше не найдет…
Так как Гоши все еще болел (а я подумывала «накаркать» ему недомогания подольше), то я получила достаточную свободу, чтобы этой ночью отдохнуть.
Перед тем, как лечь спать, заглянула к парню, оставив на столе понос с похлебкой, хлебом и сыром, но тот до сих пор сладко спал. Из одеяла выглядывал один только нос. Не стала будить. Вспомнила, как говорила старикам, что прикую пленника цепью. Нет уж! Обойдутся.
Люди не собаки, чтобы их порабощать…
Улыбнувшись, поспешила в свою спальню и легла спать…
* * *Не спалось.
Бывают такие моменты в жизни, когда ты от нервного перенапряжения просто не можешь уснуть, хоть разбит от усталости на все сто процентов.
Только благодаря этому я услышала приглушенный шум из соседней комнаты. Вскочила и рванула туда.
Парень метался по кровати в сонном бреду. Кажется, ему снились кошмары. Я подбежала ближе, откинула одеяло, хватая его за плечи, и… обомлела.
Несмотря на полумрак в комнате, молодое лицо напротив показалось мучительно знакомым. Таким знакомым, что сердце испуганно екнуло. Я впилась взглядом в его черты, ощущая, будто схожу с ума. Форма носа, губ, высота лба… всё это кого-то отчаянно напоминало. Как я не поняла этого раньше???
Парень был очень похож на моего мужа Уильяма Диери…
Господи, это же «хороший Уильям»!!! Сердце заколотилось, как сумасшедшее.
Но… как такое возможно???
Ответ напрашивался сам собой: муженька обманула собственная мать и заперла второго сына в этой бесчеловечной темнице. Поверить в столь дикую жестокость со стороны женщины я была просто не в состоянии.
Настоящий Уильям. Хороший Уильям…
Сердце колотилось с такой силой, что мне стало дурно. Я в бессилии присела на краешек кровати, прижимая руки к груди.
А вдруг я ошибаюсь? Вдруг это просто какой-то родственник моей теперешней семейки? Однако сходство с муженьком было хоть и не поразительно точным, но очень существенным.
Скорее всего, разница во внешности объяснялась болезненной изможденностью парня.
Господи, как же страшно! Как же жутко иметь такую семью, которая способна на много лет упечь тебя в темницу и подвергнуть самым настоящим пыткам!!! Если это действительно «хороший Уильям», то… моя душа не просто сострадает ему. Она рыдает, она готова биться в истерике от лавины той боли, которую испытывает сейчас."
"Непроизвольно потянулась к руке парня и накрыла ее своею. Я сделала это только потому, что в голове отчаянно проносились строчки из дневника смелого умного мальчишки, жаждущего свободы и справедливости.