Вторая половина рассказа. Я вошла в огромную гостиную с опаской. Боже, какая красота! Потолки высокие — над двумя этажами, окна с витражами изображают прекрасные пейзажи, пол мраморный, стены украшает роспись в позолоченных узорах. За столом на скатерть выложено деликатесы, серебряные блюда переполненные вкуснейшим салатом, напитками и бокалами вина....
Правда, сердце в груди тут же отозвалось и пожурило: знаешь, прекрасно знаешь, только не хочешь признавать, что Вилли безукоризненен!
Да, не хочу признавать и не буду.
Мне не нужен никто…
На пороге нас встретила молодая женщина в строгом костюме и высокой причёской. Она так приветливо улыбнулась Уильяму, будто узнала его.
— Господин, в этом месяце вы приехали значительно раньше. Проходите, пожалуйста!
Ага, значит, муженек регулярно это дом посещал…
Нас оставили в шикарной гостиной, принесли изящные чашки с ароматным напитком, угостили пирожными, от которых у меня остался привкус ягод на губах.
Главная швея была немного занята, но обещала спуститься с минуты на минуту.
Воспользовавшись тем, что нас оставили одних, я приглушенно спросила:
— Я так поняла, что ты решил собрать себе гардероб. Не покажется ли людям странным, что ты собираешь его с нуля, хотя дома, по идее? тряпья должно быть немеряно…
Уильям посмотрел на меня, как на несмышленого ребенка.
— Ты иногда так удивляешь, моя юная леди! — проговорил он весело.
У меня удивлённо вытянулось лицо. Ну и порядки у них тут! Совсем с ума посходили! Сколько же денег нужно оставлять всякий раз, только чтобы немного прибарахлиться???
Мое изумление и даже негодование рассмешили Вилли. Он хмыкнул, и его лицо засияло. Я невольно залюбовалась им. Светлый, солнечный человек.
Кажется, парень прочитал что-то этакое в моем лице, потому что перестал смеяться и со странным выражение спросил:
— Натали, ты желаешь мне счастья?"
"Фраза застигла врасплох. Неужели так заметно??? Невольно покраснела.
— Ну… да, конечно!
— Тогда прими небольшой подарок… чтобы меня осчастливить, ладно?
Я удивилась, но согласно кивнула, и в тот же миг в помещении появились другие действующие лица.
Главная швея оказалась красивой чернявой женщиной лет сорока. Одета была безупречно, высокая причёска сделала её величественной, хотя аристократкой она вряд ли была.
— Пройдёмте, леди! — вдруг обратилась она ко мне.
— Я? — изумилась, робко вставая на ноги со стула. — Но ведь…
— Иди, Натали… — остановил мои возражения Уильям. — Ты же только что пообещала осчастливить меня.
И я замолчала, ощутив вдруг, что парень каким-то образом обвел меня вокруг пальца.
