Вторая половина рассказа. Я вошла в огромную гостиную с опаской. Боже, какая красота! Потолки высокие — над двумя этажами, окна с витражами изображают прекрасные пейзажи, пол мраморный, стены украшает роспись в позолоченных узорах. За столом на скатерть выложено деликатесы, серебряные блюда переполненные вкуснейшим салатом, напитками и бокалами вина....
Видимо, держать меня ближе, чем в нескольких метрах от себя, никто не собирался."
"Прекрасно! Меня это вполне устроило. При моём появлении никто даже не повернулся, разве что муженёк окинул напряжённым взглядом.
Не дожидаясь приглашения, я уселась на свой стул, и одна из перепуганных служанок поспешила поставить передо мной блюдо, наполненное совершенно непонятными продуктами. Кажется, это было пюре, а рядом кучкой — жареные овощи. Сбоку то ли мясо, то ли рыба, но на вид ничего так, съедобное.
Что ж, голод не тетка… пора подкрепиться!
Ели все молча, причём, я не церемонилась с процессом и совершенно спокойно стучала приборами о тарелку. В воздухе витало жуткое напряжение, но мне было всё равно. Наконец, я наелась и выжидательно уставилась на троицу, которая продолжала с флегматичным видом жевать кусочки аккуратно отпиливаемого ножами мяса.
Какая скука!
Наконец Уильям отложил приборы и изящно промокнул губы белоснежной салфеткой.
После этого его ледяной взгляд наконец-то остановился на мне, и остальные тоже поспешно закончили трапезу.
Слуги молниеносно убрали со стола и сделали это столь организованно, что впору было изумляться. Вышколенные, скоростные, как солдаты в армии.
— В связи с последними… неприятными событиями, — начал муж суровым тоном, не сводя с меня жесткого взгляда, — я, как нынешний глава семьи, должен сделать объявление…
Я слегка приподняла бровь и выжидательно переплела руки на груди.
Ну и?
Уильям выдержал мой полный подозрения взгляд и продолжил:
— С этого дня… мы будем жить мирно. В сторону моей супруги, леди Натали, не должно быть произнесено ни одного унизительного слова, но и она обязана почитать свою новую семью и быть покорной, как и приличествует женщине её возраста…
Я презрительно хмыкнула. Значит, первую часть тирады — ту, где запрещалось меня унижать — он выпалил буквально скороговоркой, а вот последнюю, где объяснялись типа мои обязанности, объявил медленно и с расстановкой.
— Но это ещё не всё, — продолжил Уильям, стараясь выглядеть важным и непререкаемым. — Так как главной функцией жены является рождение детей, то с этого дня мы ОБА постараемся, чтобы наследник был зачат в ближайшие сроки. И это не обсуждается! — добавил муж, видя, что я начинаю суроветь.
