Мысли крутятся в голове одна за другой, по зацикленному кругу возвращаясь к Джейдену. Я краснею, когда вспоминаю его руки на себе, его губы, покрывающие поцелуями мое тело, и вопреки неправильности этих мыслей в животе вновь становится тесно и горячо.
Что происходит со мной? Я должна думать об Айзеке. Разве я готова с ним расстаться? Нет, я не готова. Нас связывают настоящее и общее будущее, дружба наших родителей, совместные планы на жизнь. Мне нужно признать свое право на ошибку и постараться ее загладить. Возможно, уделять ему больше времени и стать мягче, а на рождественских каникулах организовать совместный тур по Европе. А о Джейдене мне думать нельзя, по-крайней мере, не в таком ключе, в котором я сейчас о нем думаю. Мы оба сорвались, но в наших силах вернуть все в плоскость дружбы. Просто нужно признать, что это была ошибка.
Я закрываю глаза, пытаясь укрепиться в этой мысли, но звук входящего сообщения меня отвлекает.
«Я хочу тебя увидеть. Где ты?».
Каждая предыдущая мысль вылетает из головы, пока я смотрю на мелкие черные строчки, отправленные с незнакомого номера. Чувство вины стихает, разум глохнет, совесть замолкает, заменяясь бесстыдным чувством радости. Оно пузырится под кожей, звенит где-то в желудке, зудит в грудной клетке и на губах, раздвигая их в улыбке. И я уже сама не замечаю, как пальцы порхают по экрану, набирая ответное сообщение:
«Я в доме родителей. Помнишь, где он?»
«Я помню, Таша. Буду через час»
«Я стою за воротами. Выходи»
Я с колотящимся сердцем смотрю на это сообщение, после чего запихиваю телефон в сумку и, в сотый раз оценив свое отражение в зеркале, выскальзываю за дверь.
— Пап, я скоро вернусь, — выкрикиваю из прихожей. Я намеренно не захожу в гостиную, чтобы избежать расспросов и не лгать.
Из коридора доносится звук его шагов, и я судорожно хватаюсь за ручку, мечтая поскорее оказаться снаружи.
— Я думал, ты хотела отдохнуть, — папа смотрит на меня с удивлением. — Скоро мама вернется, и она рассчитывала, что мы сядем втроем поужинать.
— Передай ей, что я недолго, — до того, как отец успеет сказать что-то еще, я машу ему рукой и выскакиваю за дверь.
Ноги, обутые в сандалии, барабанят по садовым дорожкам, словно за мной гонятся. Отчасти так и есть: я пытаюсь сбежать от совести, потому как знаю, что скорая близость Джейдена ее сотрет. Побыть с ним — моя настоящая необходимость, которой я не могу противостоять.
