Лилия Войнич, пережившая детскую трагедию, потеряла веру в счастье. Но встреча с инопланетянином Нумом дар Оршем Соодом переворачивает её жизнь. Межзвёздная переписка пробуждает в её сердце надежду на любовь и спасение.
— Уже хорошо, — я в предвкушении потерла ладони. — Пусть и единороги над куполом не летают, зато родня с липкими руками в наличии имеется.
—- И все же, Лиля, я надеюсь, что ты ничего от меня не скрываешь, — она одарила меня строгим взглядом.
— Ну что ты, — я натянула фальшивую улыбку. — Открыта как книга на древнекитайском языке. Читай кто хочет.
Возмущенно вздохнув, мамочка все же покинула мою комнату.
Усмехнувшись, я снова невольно взглянула на планшет. Увы. Все тот же черный экран. Расслабившись, прикрыла глаза. Мелькнула мысль: вот бы встать и пройтись по улице. Не мучаясь, выбирая маршрут с ровным дорожным покрытием. Не застревая колесами в выбоинах. Не чувствуя себя униженной при этом.
Просто встать и пойти гулять. Ногами.
Заныла поясница, напоминая, что «гулять» — это не про меня. Боль показалась сильнее обычной. Тянущая и резко отдающая в позвоночник.
Выдохнув, я села ровнее.
Делать было нечего. А время все тянулось, как патока, вводя в уныние.
Хоть вой.
Сложив руки перед собой, опустила голову, уперевшись лбом в ладони.
«... Да, Белла, совсем она приуныла. Позвонила бы ты ей. Подружки ведь. Она так обрадовалась, что у тебя ткань для нее...» — коснулось тихое моего слуха.
Ясно, мама не успокоилась, а пошла за подмогой. Бедная Белла. Я уже видела, как она сидит сейчас под каким-нибудь тяжелым агрегатом. Вся в масле, на голове каска, в одной руке здоровенный металлический ключ, а в другой планшет. И выслушивает, как мне плохо живется. А у самой поди все стопы в мозолях от неудобных сапог.
Белла была, как говорят, «с золотыми руками». Чинила даже то, что, сойдя с конвейера, ни секунды не проработало.
«... Позвонишь?... Ой, спасибо тебе, родная. Зашла бы хоть в гости как-нибудь. Совсем дорогу к нам забыла...»
Я тяжело вздохнула и сильнее зажмурила глаза. Мама есть мама. Буду знать, как на жизнь жаловаться.
На кухне снова загремела посуда. А я все сидела и не двигалась. Боль притупилась, но не ушла. По-хорошему мне бы лекарство принять. Но это нужно ехать за стаканом с водой. Мама увидит, начнутся расспросы. И снова врать, что со мной все хорошо. Что ничего меня не мучает.
Устала. От всего устала.
Планшет ожил и запиликал."
"Не желая шевелиться, активировала звонок голосом:
— Принять вызов... Белла, я все слышала. Знаю, что мама тебе нажаловалась на моё настроение и стребовала с тебя поговорить со мной. Но давай вечером. Я приеду к тебе в гости. А сейчас языком тяжело ворочать. Спина болит, сил нет. Только маме не рассказывай.
