Кровавая лунная ночь — это время, когда Хана открывает страшную тайну о себе, заставляя сердца каждого героя сначала биться в ужасе, а затем стремиться к пониманию и спасению. В мире, где каждое движение может изменить судьбу, герои становятся свидетелями необыкновенных событий, приносящих на их пути тайны и чудес....
Перехватила его руку с ножом и прижала сильнее к своей коже.
— Давай…вырежи на мне буквы, цифры…испорть свой суррогат.
Зарычал, впился острием мне в кожу до крови, но я нежно провела кончиками пальцев по его руке.
— Несколько дней назад ты…ласкал меня. Твои пальцы…они гладили, они дарили наслаждение.
Лезвие дрогнуло, а я взяла его за руку и подошла еще ближе так, что теперь его колени соприкасались с моими ногами, а лицо было очень близко от моего лица.
— Я хочу…хочу, чтобы тебе больше не было больно.
Его словно гипнотизировали мои слова, и он не сводил взгляда с моих глаз. Его рот приоткрылся, а верхняя губа чуть приподнялась, обнажая зубы в алчном оскале. Вытащила нож из его пальцев и положила медленно на стол, а руку ладонью прижала к своей груди.
— Мне нравилось, когда ты трогал меня. Вот здесь.
Он слушал меня, чуть склонив голову вбок, тяжело дыша, очень быстро и очень шумно. Мне было невыносимо страшно, что я скажу что-то не так, он схватит нож и искалечит меня…Но зверь замер и смотрел не отрываясь.
Я приподняла подол платья и села к нему на колени лицом к лицу.
— Ко мне никто раньше вот так не прикасался, как ты…
Ладони дрогнули и сильнее накрыли мою грудь, сжали ее, и я ощутила промежностью его эрекцию, как твердая плоть упирается мне между ног.
— Я никого и никогда не хотела…
— А меня? Меня хотела? — спросил и вдруг силой сдавил мои бедра.
— Хотела…
— Ложь!
А сам дрожит всем телом и глотает воздух судорожно и жадно.
— А сейчас…сейчас хочешь?
— И…сейчас хочу!
Заставляя себя вспомнить, как сводили с ума его пальцы, как они погружались в мою плоть и выдирали из меня вскрики наслаждения.
— Чего ты хочешь? — спросил хрипло и придвинул к себе, сжимая за ягодицы. Я медленно расстегнула пуговки на груди, глядя, как жадно он следит за моими пальцами, как облизывает пересохшие губы. Тонкая ткань сползла с плеч и обнажила голое тело, обнажила соски, которые тут же сжались от его дикого взгляда.
— Хочу, чтобы ты…
— Чтобы я…что…
Обхватил грудь снизу, сдавливая ее так, что сосок выпирает сильнее наружу.
— Чтобы поцеловал их…"
"Несмело тронула его голову, и в эту же секунду он сдавил меня жадными руками и с громким стоном обхватил мой сосок широко открытым ртом. Низ живота обожгло кипятком, между ног стало горячо и болезненно отечно. Как будто вся кровь прихлынула туда и пульсирует в ожидании.
