Кровавая лунная ночь — это время, когда Хана открывает страшную тайну о себе, заставляя сердца каждого героя сначала биться в ужасе, а затем стремиться к пониманию и спасению. В мире, где каждое движение может изменить судьбу, герои становятся свидетелями необыкновенных событий, приносящих на их пути тайны и чудес....
Он по ним скучал…Ощутил это всепоглощающее гложущее марево, когда увидел, как две тени мечутся по вольеру. Черная и белая. Беснуются, прыгают. Учуяли его и радуются приезду хозяина. Его девочки. Он совсем их забросил. Чувство вины затопило изнутри и заставило идти быстрее.
Дернул замок на клетке, открывая и выпуская тигриц. Но они странно себя повели. Занервничали. Особенно белая. Джая. Его любимица. Она скулила. Она нюхала его руки, одежду, запрыгивала на него и заглядывала ему в глаза. Как будто хотела что — то сказать.
— Что, девочка? Что не так? Меня долго не было? Да?
Она смотрит светло-голубыми глазами и перебирает мощными лапами, потом склоняет голову к его рукам и преданно лижет длинным языком, толкается лбом ему в колени.
— Соскучилась, да? Все изменится. Я вернулся.
Но она снова отпрянула и тоскливо посмотрела куда — то ему за спину.
— Я один…она больше не вернется. Не ждите ее. Ее нет.
Сказал жестко и загнал кошек в вольер, а сам прошел твердой походкой по дороге к дому. Интересно, что там делает старый скорпион? Кажется, от собирался отбросить копыта еще лет пять назад. Ложь — его второе имя."
"Дверь оранжереи была открыта, и рядом с дедом Хан увидел дочь и двоих сыновей. Внутри все сжалось, задрожало, и ему…ему захотелось трусливо сбежать.
— Папаааа! — дочь бросилась к нему с радостным криком, и он невольно раскрыл ей объятия.
— А Лан говорит несколько новых слов и начал кататься на велосипеде…и Гал…Гал…он принес мне мячик.
Галь не разговаривал, не контактировал ни с кем в семье кроме Эрдэнэ. Пока что это не напрягало, и все давали ему время, но если сравнивать старшего сына и младшего, то видна огромная разница в развитии.
