Кровавая лунная ночь — это время, когда Хана открывает страшную тайну о себе, заставляя сердца каждого героя сначала биться в ужасе, а затем стремиться к пониманию и спасению. В мире, где каждое движение может изменить судьбу, герои становятся свидетелями необыкновенных событий, приносящих на их пути тайны и чудес....
— Или трахнул какую — то сучку?
— Не твое дело, старый хрыч!
Старик засмеялся, потом посмотрел на Генриха.
— Нет у тебя яиц, Геша. Трусливая ты воронья морда. Мог бы его и клюнуть разок другой. А ты…Он же все орехи наши сожрал.
А сам удовлетворенно погладил седую бороду. Внук вернулся. Наконец — то. По-настоящему. Правда, еще не время говорить ему о том, что кое-кто из семейства Дугур-Намаевых выжил и скоро вернется домой…
ГЛАВА 5
— Хан вернулся.
— И…
Дьявол стащил с луки седла тушку косули и, закинув на плечо, понес ее в дом.
— Он захочет встретиться.
— Что это изменит?
— Ты запросил слишком высокий процент, Луу. Мы семья. Это нужно учитывать!
Тархан посмотрел на младшего брата, и с яростью свалил тушу на голый кухонный стол.
— Неужели? А когда мы с тобой жрали крыс и тараканов, кто-то из них подумал о нас? Кто-то счел наш процент слишком низким или высоким? Семья? Мы всегда были Дугур-Намаевы лишь на бумажке и то, потому что дядька выбил эту бумажку из проклятого Скорпиона.
"— Не связывайся со Скорпионом.
— Я их не боюсь! И они мне не семья! Они временно владеют тем, что я хочу взять себе! И возьму! С тобой или без тебя!
— Со мной!
— Значит, заткнись!
Дьявол утер пот тыльной стороной окровавленной ладони. Семья. Когда это стало нужно, когда их прижало, они вдруг решили быть семьей и даже разыскали братьев… Двух ублюдков, чья мать, неудавшаяся детоубийца, наложила на себя руки, потому что долбаный богатый сукин сын опозорил ее и пользовал, как последнюю шлюху, а потом выкинул на улицу.
Он помнил тот день, когда она повела их обоих к реке.
Расчесала, долго песню пела про перепелочку и охотника. Как перебил крылья перепелочке, как она с одним крылом над рекой летела, гнездо в клюве несла… да не хватило силенок, и упала в воду камнем. Сама утонула и детки вместе с ней.
— Грустная песня, мама.
— Грустная, — улыбается сквозь слезы, а сама волосы им чешет, чешет и себе чешет.
У них с Тамиром длинные волосы были.
