Кровавая лунная ночь — это время, когда Хана открывает страшную тайну о себе, заставляя сердца каждого героя сначала биться в ужасе, а затем стремиться к пониманию и спасению. В мире, где каждое движение может изменить судьбу, герои становятся свидетелями необыкновенных событий, приносящих на их пути тайны и чудес....
Когда вены зудят, скулы сводит, а впрыснуть нечего. Первый страх и волнение в ожидании болезненной ломки. Первые капли пота над верхней губой и отчаянные поиски — может быть, она в другом месте.
— Где? — рыком в лицо охране, и тот кивает на улицу.
Сразу становится легче, и он идет следом за ней. Иллюзия опять приобрела плоть. Походка, волосы….платье. На ней вещи Ангаахай, и издалека ему кажется, что они даже ходят одинаково. Не идут, а плывут.
Он просто наблюдал. Не трогал, не звал. Смотрел. Вдыхал и напитывался своей дозой.
И когда из ее носа струйками потекла кровь, им овладела паника. Как будто…как будто сейчас потеряет ее снова, как будто кто-то или что-то решило отнять у него призрачную дозу счастья.
Подхватил и понес на руках в дом. Ослепленный волнением, трясущийся от одной мысли, что может ее потерять. В эту секунду она перестала быть суррогатом, а стала для него Ангаахай.
Отпустило лишь тогда, когда она открыла глаза и прервала его разговор с этим продажным ублюдком, называющим себя ее отцом…И он прозрел. Тут же спала пелена. Тут же пришло осознание — она не Ангаахай.
И никогда ею не станет… а потом адская злость за ее наглую ложь. За попытку свести его с ума, за попытку выдать себя за нее. Ему показалось, он может свернуть ее тонкую шею, когда она произнесла:
— Что ты увидела? Говори мне правду!
— Ее…и тебя.
— Кого ее?
Его глаза застыли, впились в ее лицо, и рот жутко оскалился.
— Женщину-лебедя. Я словно была ею.
Ему захотелось схватить ее за плечи и проорать ей в лицо:
— Ты никогда ею не станешь!
***
Из спальни вышел врач, откатил рукава и посмотрел на Хана.
— У этой женщины была тяжелейшая черепно-мозговая травма, возможно, кома. Она говорила об аварии. Скорее всего, именно так и было. Ее видения — последствия операции, а кровотечения связаны с провалами в памяти.
— Она здорова?
— Ну если все эти последствия можно назвать здоровьем…я бы назначил некоторые анализы и…
— Я спрашиваю, ее жизни что-то угрожает?
— Нет. Она здорова…насколько это вообще возможно после таких травм.
— Это меня не волнует.
Врач пожал плечами и надел пиджак, поправил галстук.
— Я бы все же порекомендовал психолога…здесь не помешали бы и психотропные препараты.
— Я учту ваши рекомендации.
