Читал как открытую книгу. Сейчас буквы в книге превратились в японские иероглифы. И он ни хрена не понимал.
Они разделись и легли в постель. На бок, лицом к лицу. В этом не было ни капли эротики. Тихон притянул Варю к себе, прижался губами ко лбу. Может быть, они просто полежат вот так немного и все? Движение ее руки не оставило от этой надежды ничего. Варя раздраженно зашипела. Да, его тело отказывалось принимать участие в этом абсурде.
— Мы будем трахаться или нет?!
Если бы сейчас они каким-то чудом оказалось в другом месте.
Сколько тут по прямой до Вариной квартиры? Километра полтора, наверное. Вот там бы он ответил ей «Да!» и любил бы ее до самозабвения. Здесь — нет. Здесь это похоже на пытку. Что угодно бы сейчас отдал, чтобы узнать, что за мысли у нее в голове. О чем она думает? Зачем это все? С какой целью?
— Варя… — он погладил ее по шелковым кудрям, по спине. — Варюша… Не надо…
— Придется брать дело в свои руки.
И она взяла. Основательно. А он сдался. Да, бесчувственная скотина и похотливое животное, но сдался.
Тело отреагировало. На ее близость и обнаженность, на запах и шелк волос, на совершенно откровенные движения ее руки. Происходи это на расстоянии каких-то полтора километра, в другом доме, в другой квартире — и он был бы сейчас офигенно счастлив. Но здесь… здесь чувствовал себя участником какого-то дурного спектакля, в котором он не понимает смысла, и не представляет, что у него за роль.
Она закинула ногу на его бедро.
— Ну?!
Он прижал ее плотнее к себе и скользнул ладонью по гладкой коже вдоль тонкой линии коротких волос.
И выдохнул укоризненно:
— Ты же даже не хочешь…
— Так сделай так, чтобы я захотела!
Как скажешь, родная.
Он знает все ее тайные местечки и точки. Все-все. Куда надо надавить, погладить, потереть. Только это все механика. А что творится у тебя в душе, милая? Что бы ты там себе не придумала, а я буду действовать по своим правилам. Он взял ее, одновременно шепнув в приоткрытые губы.
— Люблю тебя.
И дальше, под каждое неторопливое движение.
— Люблю тебя.
Люблю. Слышишь, люблю. Веришь? Нет, не верь. Это все слова, они ничего не значат. Просто будь со мной. Просто. Будь. Со мной. И все увидишь. Как я тебе люблю. Люблю. Люблю.
Эти слова звучали многократным рефреном. В такт его движениям. Между поцелуями, которыми он покрывал ее лицо — закрытые веки, лоб, скулы.
Я совсем не могу догадаться, что сейчас чувствуешь ты. Но я не буду молчать о том, что чувствую сам."
"Она начала дрожать. Он знал, что это означает.
