В свете алтаря, яркий свет от белоснежной чаши будто приглашает к небывалой мистике и атмосфере величия. Удивление смешивается с тревогой в моем сердце: дверь закрыта, но ночь кажется оправданием проникновения.
Я смотрела наверх, пока его фигура не превратилась в тёмную точку. Сердце разрывалось от боли. А к губам так и приклеилась фальшивая ободряющая улыбка, которую я натянула для Дороса.
Сдержать себя не вышло, из глаз всё же полились слёзы. Я скрылась в ближайшей беседке, где сжалась в тёмном углу и долго плакала, выплёскивая из себя напряжение последних дней и разочарование решением короля. Но нельзя было долго реветь, да и не умела я себя жалеть, потому вскоре испарила слёзы и отправилась на поиски Айлин.
Меня больше не считали преступницей, потому первая же встреченная служанка согласилась показать мне нужные покои.
– Кассия! – Айлин подскочила на ноги и рванула ко мне.
Через миг мы крепко обнялись. Снова хотелось плакать, но я успела выдавить из себя максимальную дозу слёз раньше.
– Прости меня! Прости меня, пожалуйста! Я не знаю, что со мной было! Точнее, знаю, но не понимаю, как могла поддаться. Это из-за меня! Из-за меня все чуть не погибли!
Теперь я узнавала Айлин. Жаль, не распознала воздействие раньше.
Пока она изливала на меня потоки самобичевания, Актеон кивнул мне и ушёл. А мы с Айлин ещё долго сидели, обнявшись.
Наверно, так могло продолжаться долго, но в дверь постучали. В спальню вошла незнакомая женщина в белом одеянии служительницы храма Света с закрытой крышкой глиняной чашей в руке.
– Здравствуйте, Кассия, Айлин. Король Тирос послал меня к вам. Позвольте представиться, меня зовут Эвантия.
– Эвантия? – повторила я в замешательстве.
Дочь Тироса и официальная жена моего отца. Зачем же она пришла?
– Не бойся, я пришла знакомиться, а не ссориться, – мягко улыбнулась она, когда я резко подскочила с места.
Скорее была в шоке, чем опасалась разборок, но теперь осознала, что любой на месте Эвантии вряд ли бы хорошо отнёсся к ребёнку от порочной связи мужа. Однако женщина не излучала враждебности, наоборот, от неё исходило особое располагающее тепло, которое ощущалось в храмах Света.
– Приятно познакомиться, Эвантия, – Айлин тоже опомнилась, поднялась с кровати и склонила голову в приветствии.
– И мне, девушки, – она приблизилась, приглядываясь к моему лицу.
