Девушка с крыльями становится пленницей академии фениксов и оказывается в центре борьбы между воинами пантеона. Легат Дорос, раскривший её тайну, требует её себе, но другие легаты готовы на всё, чтобы завладеть загадочной беглянкой. Ей предстоит выжить в опасном мире магии и страсти, где...
Если тут приняты телесные наказания, значит, я должна принимать их за проступки, ещё и благодарить за снисхождение. Даже не знаю, как выговорить без сарказма: «Спасибо, что не тридцать плетей».
Адепты уже приступили к утренней пробежке, я поспешила к ним присоединиться. Мысленно готовилась к уколам и злорадству по поводу наказания от фениксов, но те удивительным образом затихли.
– Пока тебя не было, Дорос устроил всем разнос, – поделилась новостью Айлин, поравнявшись со мной в беге.
– Из-за чего? – меланхолично уточнила я.
– Сказал, что всем, кто будет нарываться на наказания из-за тебя, пропишет двойную порцию плетей.
– То есть меня перестанут задевать?
– Возможно, – пожала плечами подруга, глядя на меня с сочувствием и возмущением. – Не могу поверить, что тебя накажут. Та девица сама на тебя напала. И что за варварство вообще, истязать люд… фениксов плетями?!
– Хватит вам, – прошипел Эран, нагоняя нас. – Из-за вас двоих над нами все смеются.
– Кассия пыталась защититься, – возразила рассерженно Айлин. – Но ей не позволили.
– Из-за тебя всех нас считают слабаками. Не могла скопировать поведение той девчонки? Согласен с эвокатом, от тебя одни проблемы, Кассия. Зачем вообще отправилась в Альвиан, если ты падший феникс?
– Она не падшая, придурок, – Айлин грубо толкнула его в плечо. – Не слушай его, Касс, – попросила, глянув на меня с тревогой.
– Может, он прав, и мне не стоило подавать документы в эту программу обмена? – усмехнулась я горько. – Хотя это бы ничего не изменило.
Я уже родилась несвободной из-за своего дара…
– Глупости не говори, – фыркнула она, ободряюще мне улыбнувшись. – Всё нормально, Касс. Наказание, конечно, варварское, но мы справимся.
– Я справлюсь, – вздохнула уныло. – Тебя тоже могли наказать, не надо из-за меня подставляться.
– Опять глупости болтаешь! У, так бы и врезала, – она пригрозила мне кулаком. – Я тебя в обиду не дам, пусть хоть каждый день избивают.
– И это хуже всего, Ай. Мы скоро расстанемся, – напомнила я ей с болью в голосе.
Глаза подруги погрустнели, в них зажглись слёзы.
– Мы же понимали, что и распределение можем получить разное. Расстояние ничего не изменит, ты всегда будешь моей лучшей подругой, – тепло улыбнулась она.
– И ты моей, – я тоже улыбнулась, часто заморгав.
Не хватало ещё разреветься на радость этим крылатым.
Хоть утренняя тренировка прошла сносно, хотелось сбросить злость, и я успела отдохнуть, потому занималась с полной отдачей. По крайней мере, сегодня надо мной не посмеивались.
