Война унесла свои черные вихри. В июле 1945 года станция Тусковец издали показалась обычной — до тех пор пока не заговорил голос на языке, который здесь слышали редко. Здесь шумела жизнь военных, но теперь это был мир, его еще только начинали понимать люди после долгих лет драмы и чудовищных битв....
Отряд распался на мелкие группы, люди не знали, куда идти.
Сотрудники СМЕРШа и люди Березина пытались вычислить направление движения банды, но следы разбегались в разные стороны, потом терялись. Настоящие лешие: лес – их дом родной.
– Товарищи, будьте осторожны, возможна засада! – выкрикнул Алексей. – Смотрите под ноги, остерегайтесь ловушек!
Не за горами были сумерки. Солнце уже зашло. Сводная группа на километр углубилась в лес.
Вдруг где-то слева, на северо-западе, разгорелась стрельба. Трещали немецкие «МР-40», взрывались гранаты, нестройно огрызались советские ППШ.
– Они здесь! – истошно завопил молоденький выпускник военного училища. – Все сюда! У меня двое раненых!
Солдаты бросились к нему сломя голову, всех охватил охотничий азарт. Они догнали очередное тыловое охранение. Теперь бандиты не уйдут!
– Возьмем их, командир, гадом буду! – прохрипел Газарян, украшенный кровавой царапиной над глазом.
Надрывал глотку старенький английский пулемет «Льюис». Бойцы залегали, ползли, производили залпы по команде.
Еще один труп с пулей в башке. Шапка слетела, макушка выбрита, только чуб болтался, как сосулька.
Вдруг за деревьями заблестел просвет.
– Вперед! Приготовить гранаты! – выкрикнул пехотный лейтенант.
Гремели взрывы, трещали выстрелы. Под оглушительное звуковое сопровождение красноармейцы выбегали из леса и растерянно вертели головами. Они уткнулись в крутой обрыв. Глубокий разлом в земле, в который прыгнуть отважится только самоубийца! Лес на другой стороне, острые камни на дне, справа и слева глухие кустарники.
– Всем рассредоточиться! – злобно прокричал Алексей. – Проверить кусты! Зачистить гранатами!
Их уже не в первый раз обвели вокруг пальца. Кравец не мог сдержать ярость, матерился, как сапожник.
По солдатам никто не стрелял. Лешие растворились в темнеющем пространстве. Их, видимо, было немного, двое или трое. Бойцы забросали гранатами кустарник, потом начисто обработали его из автоматов.
Глупо, провели их. Небольшая группа отвлекла внимание, а основной отряд вместе с Бабулой ушел своей дорогой. Те бандиты, которые подставились, видимо, пробились через кустарник. Теперь они уже далеко, петляют по лесу, как зайцы.
– Снова уделали нас, Леха. – Расстроенный Березин плюхнулся в траву, принялся ковыряться в пустой сигаретной пачке, яростно смял ее, швырнул в ни в чем не повинного красноармейца. – Неправильно мы воюем.
Но Алексей не хотел сдаваться.
