Война унесла свои черные вихри. В июле 1945 года станция Тусковец издали показалась обычной — до тех пор пока не заговорил голос на языке, который здесь слышали редко. Здесь шумела жизнь военных, но теперь это был мир, его еще только начинали понимать люди после долгих лет драмы и чудовищных битв....
Мимо развалившейся ограды, мощного куста репейника, накрывшего памятник, просевший в землю, обнажившейся могилы с рваными краями, в которую чуть не сверзился молодой боец.
Капитан заглянул в нее ради любопытства. Сгнившая древесина домовины, ворох травы, опутавший стену могилы, человеческий череп, уткнувшийся носом в землю.
Он пополз дальше и вдруг замер. В голове заскреблась какая-то подсказка. Боец не падал в могилу, только нога сорвалась, успел выкарабкаться.
Капитан завертел головой. Тот самый молодой красноармеец находился метрах в шести, сидел на корточках и очищал от грязи могильную плиту.
– Товарищ капитан, рядовой Гладышев по вашему приказанию…
– Заткнись! – Кравец прижал палец к губам. – Шепотом, боец. Черепок, говоришь, на тебя скалился?
– Так точно, товарищ капитан, скалился, – красноармеец понизил голос.
– А сейчас не скалится?
Боец вытянул шею, заглянул в могилу.
– Ага, теперь не скалится, – признал он неуверенно. – Отвернулся чего-то.
С чего бы это череп отвернулся? Ногой зацепили?
Сердце капитана застучало. Насторожились бойцы вокруг него. Сделал стойку Лева Березин. Алексей опустился на корточки, стал всматриваться. А ведь дно могилы в ногах у мертвеца утоптано. В откосе вырезана ступенька, покрытая зеленой травкой. Земля вокруг нее твердая, правда, конкретных следов на ней не видно.
«Бандиты в галошах ходят?» – мелькнула глупая мысль.
Он осторожно спустился в могилу, нагнулся, зачем-то взял в руки череп, перевернул его. Страха не возникло. Этих ребят можно не бояться.
– Положи, это не твое, – пошутил Березин.
Что верно, то верно. Череп не взорвался, вот и слава богу.
Он аккуратно положил его на место. Вряд ли этот дорогой товарищ спит спокойно. Ему постоянно приходится любоваться на черт знает что.
Капитан сглотнул и отвел рукой ворох травы, свисающий с края могилы. Не мог он тут вырасти. Тот отогнулся легко, словно занавес.
– Браво, – восхищенно прошептал Березин. – Схрона с выходом через могилу я еще не встречал.
– Я думал, ты мне адресуешь свое «браво», – проворчал Алексей, прикладывая ухо к двери.
– И тебе тоже, – снисходительно буркнул Лева. – Я вот что подумал, Алексей. У них один выход или есть еще?
– Думаю, один. Как-то хлопотно озабочиваться вторым. Хотя кто их знает.
