В операционном зале банка происходит необычное допрос — бывший криминальный голова Пан Ковган попытается выжить, отдавая жизнь за свою веру в справедливость. Здесь играют опасные игры с жизнью и смертью, где каждое слово имеет значение.
Опутывайте плотнее всю территорию крепкой агентурной сетью.
О пользе конспирации и подпольных структур Дантисту рассказывать не требовалось – он в подполье почти двадцать лет. Но его смущало, что майор Кляйн слишком часто акцентировал на этом внимание. Однажды Дантиста осенило – а ведь это нужно не для нынешней работы, а для будущего. Когда вернутся Советы, спаси от этого бог!
Также немцы постоянно требовали активизации контрпартизанской борьбы. Однажды на встрече в деревенском аккуратном доме рядом со Львовом с майора слетела маска прусского непробиваемого спокойствия.
– Вы что, спелись с партизанами? – бушевал он. – Где активные действия?
– Мы бескомпромиссно ведем борьбу, – отбивался Дантист.
– Да? А до нас доходят сведения, что некоторые ваши командиры замирялись с партизанами. У них пакт о ненападении!
– Разберемся. И покараем.
– И ваши люди слишком вольно себя ощущают. Я говорил, что разрешаю покусывать дающую руку, но не до крови же! Вот отчеты.
– Просто дающая рука давать стала меньше.
– Тяжелое положение на фронтах, – на миг смутился куратор.
– УПА – это растущий организм. Ему нужно много оружия, продовольствия, обмундирования. Вот горячие головы и берут, где плохо лежит. А СД и гестапо отыгрываются на мирном населении, устраивая в ответ на эти в общем-то невинные акции жестокие карательные мероприятия, в том числе против селян.
– Было бы просто, мы обошлись бы без вас. И вы все сейчас гнили бы в концлагерях!
Да, в отличие от поляков с партизанами так складно у воинов УПА не получалось. Еще в июле, когда шла вовсю волынская резня, Дантисту удалось организовать широкомасштабную акцию против партизанского отряда, наносившего существенный ущерб немцам на железнодорожных артериях.
