Автор
В романе "Папа (для) моей дочери" автор рассказывает о рушившихся догадках и сломанной реальности: одна ночь показалась столь непохожей на все остальные, что вспомнить её стало опасным. Чудовищная гипотеза раскалывала сердце страницами невероятных открытий — о краткой жизни любви и отсутствии самого главного свидетеля....
– Это вам решать, – вдруг соглашается Кира и снова смотрит на свою дочь. – Но Женя и Кристина ни в чём не виноваты. Я ведь только потом это поняла, когда уже успела сгоряча наломать дров.
– Я думала, ты хотела поговорить про салон, – перевожу тему.
– А? Нет! Салон можно смело похоронить и больше не вспоминать о нём, – отмахивается Шелест, делает небольшой глоток кофе и слизывает пенку с губ.
– Почему?
– Мне не дадут работать. Не вижу смысла упираться.
– Может, объяснишь, что случилось? – прошу я.
– Пришла жалоба, что фото, сделанные в нашем салоне, были размещены в интернете без согласия клиента.
Я перевариваю полученную информацию.
– Зачем? Можно было нанять юриста, чтобы опровергнуть клевету, или, если не получится, заплатить штраф.
– И заработать репутацию, в свете которой от нас будут все шарахаться?
– Не думаю, что это будет так уж критично.
– Шума уже достаточно. Не знаю, как ты этого не слышала.
Пожимаю плечами. Я и вовсе немного выпала из жизни.
– И всё равно, закрывать было глупо, – высказываю своё мнение.
– Глупо дёргаться, если при этом сам затягиваешь петлю на своей шее. Потом придёт жалоба, что у кошки, бегающей в нашем подвале, нет санитарной книжки, и она может нанести вред здоровью клиентов.
– Ты знаешь, кто стоит за всем этим? – Не скажу, что меня сейчас это особо волнует, но смотреть на сломленную Шелест невыносимо.
– Да. Это отец, – выдыхает Кира.
– Кто? – Мне показалось, что я ослышалась. Как может близкий человек так поступить?
– Наш с Климом папочка, – повторяет Кира.
Я старалась не заострять внимания на имени отца моей дочери, но получалось плохо. Кира это заметила.
– Извини.
– Всё нормально, – отвечаю. Хотя не знаю, кого больше хочу убедить в этом.
– А ведь девчонки сразу сказали, что они сестрёнки, – мягко произносит Кира.
Смотрю на неё, и в голове не укладывается, что Женя и Кристина – двоюродные сёстры.
– А мы над ними только посмеялись, – добавила я, тоже усмехнувшись. Ведь если бы я обратила на это внимание, то могла бы догадаться раньше. Только не знаю, как бы тогда поступила.
– Кстати, Сергей Анатольевич просил передать тебе огромное спасибо за статью, – Кира вдруг резко меняет тему.
Не понимаю, о ком она говорит.
