Наши войска начали наступление, снова взяли линию Маннергейма, и финны наконец, как и в 1940 г., запросили перемирия.
Когда советская делегация приехала в Хельсинки по поводу этого перемирия, то выяснилось почему финны не сдавались. Делегация не увидела в Хельсинки никаких следов бомбёжки.
Генерал-полковник Решетников, который участвовал в этих налётах, клятвенно заверяет, что по Хельсинки они попали, да вот только бомбить им приказали промышленные объекты, а «что касается бомб „гулящих“, в немалом количестве залетавших в городские кварталы, то большого разрушительного вреда крупным и прочим строениям эти штатные стокилограммовые фугаски, составлявшие основной боекомплект, принести не могли».
Что-то генерал-полковник сильно недооценивает 100-кг фугаску и, видимо, не ожидает вопроса – зачем же вы ими бомбили промышленные объекты? Ведь промышленные здания имеют, как правило, стальной каркас и в несколько раз прочнее жилых строений.
Учитывая, что советская авиация дальнего действия с четырёх раз не попала по Хельсинки, следующую цель – военные объекты Кенигсберга – её заставили бомбить днём. Ну днём всё видно, тут наши штурманы запросто. И «залетавшие в немалых количествах в городские кварталы … штатные стокилограммовые фугаски» произвели в Кенигсберге такие разрушения, что и много лет спустя на месте целых районов лежали сплошные руины.
Радионавигация (а не пустая и «глубокомысленная» болтовня о том, что надо разрушать вражескую промышленность) – вот о чём должна была болеть голова у Рычагова, при докладе методов того, как он собирался достичь господства в воздухе.
Ещё пара слов о пользе авиации. В тех мемуарах немецких генералов, которые я читал, остро чувствуется соперничество сухопутных войск Германии и её военно-воздушных сил под руководством Геринга. Генералы о Люфтваффе стараются ничего не писать. По численности войска Люфтваффе составляли примерно треть от сухопутных войск – ведь это не только лётчики и аэродромный персонал, но и огромное количество зенитных артиллерийских частей и соединений. Эти артиллеристы уничтожали наши танки, взламывали нашу оборону."
"А немецкие сухопутные генералы пишут мемуары так, как будто Люфтваффе вообще не было. Скажем Манштейн в своих мемуарах, к примеру, упомянул 8-й корпус Рихтгофена, упомянул даже то, что зенитные полки этого корпуса расстреливали ДОТы под Севастополем, а вот о том, что лётчики Рихтгофена сыграли определяющую роль в разгроме нашего Крымского фронта весной 1942 г., умолчал. А ведь они не только нанесли нашим войскам огромные потери, разбомбив, в частности, штаб Крымского фронта и этим дезорганизовав его, но и отогнали от Севастополя и Крыма Черноморский флот.