Выйдя на балкон, автор обнаруживает мир за окном каким-то знакомым и знакомым. Мрачные предгорья соседствуют с бескрайним морем в стальных тоннелях. Кругом — ностальгическая усталость времени. Заказав себе бокал, он уже чувствует себя дома в этом неспешном весенне-утреннем ритме.
— Смирнов выключил телевизор (погода, вернее, прогноз погоды его не интересовал) и, повернувшись всем телом к гостю, сообщил: Меня все волнует. Исламский фундаментализм, чеченский сепаратизм, вновь набирающий пары коммунизм, восстановление храма Христа Спасителя, результаты торгов на межбанковской валютной бирже, Ксюшкины отметки в университете, участившиеся боли в моем простреленном колене. Но в данном случае меня больше всего волнует то, что настоящий болельщик не увидит настоящего футбола.
— А то, то жулье и мерзавцы наживают на этом колоссальные деньги, вас не волнует?
— Пусть себе наживают, только бы футбол не трогали. Тебе, как я понимаю, стало известно, что подпольный тотализатор заработал на полную катушку?
— Какая разница — на полную, не на полную? Самое страшное то, что заработал.
— Большая разница, Костик, большая. На неполную он работать и не переставал. Но неполная катушка — это неполная кубышка. А с малыми деньгами игру не купить, всерьез результаты не подправить. Так, кувыркались, передергивая помалости. Что тебе известно, Костик?
— За стол, футболисты, — пригласила Лидия Сергеевна, которая поначалу их не беспокоила, доносила на стол то, что должно быть очень холодным или очень горячим.
Александр Иванович, послушно и поспешно подчинившись приказу, отодвинул стул, уселся и уверенной рукой ухватился за ""очень холодное"". В этом доме хозяин принципиально предпочитал своего однофамильца. Полюбовавшись на этикетку «Смирновской», он показал ее Константину и серьезно спросил:
— Рискнешь?
— Была не была! Рискну, — решил Константин, чтобы продолжить разговор в благоприятной обстановке. — В принципе мне ни черта не известно, Александр Иванович, за исключением того, что сегодня нам сделали заранее оговоренный кем-то счет.
— От меня-то что ты хочешь? — поинтересовался Смирнов. Он, морщась от сосредоточенности, разливал по рюмкам.
— Чтобы вы помогли разоблачить и ликвидировать эту подлую панаму.
— Кому помочь? Тебе? Футбольному союзу? Генеральному прокурору России? Старый хрен с палочкой всем сразу поможет, и станет очень хорошо. Ты думаешь, милиция не копает? Копает, будь уверен, копает. Но в таких делах очень трудно за что-то зацепиться: круговая порука.
— Значит, никто ничего не может с этими нелюдями поделать?
— Почему — никто? А вы? Тренеры и футболисты? Вам же во сто крат виднее все махинации на футбольном поле, чем нам, жалким дилетантам. Перестаньте предаваться совковым иллюзиям, будто какой-то всесильный дядя за вас сделает.
