Автор
В Карточной долине начинается новый учебный год. Несмотря на густые тени зданий и холодный ветер, атмосфера напряженная и ожидательная. Я — новенькая среди старожилов, каждое слово тренера привязывается к моему сердцу, как будто он видит в нас не просто зрителей, а участников великой игры....
Безжалостно расставляя всех на свои места.
«Лучшие достаются лучшим. Разве ты забыла?»
— Ди, ты слышишь? Ты согласна?
В голове вдруг стало пусто. В горле сухо. А внутри, в сердце — больно настолько, что я боялась даже вдохнуть. Прошло два дня, но облизнув губы, я все еще чувствовала вкус детского шампанского, лимона, мяты и самого большого в жизни разочарования.
Захотелось отвернуться, опустить взгляд, но я продолжала стоять на месте, словно статуя, неотрывно глядя как Виктор, обернувшись, дарит окружающим одну из своих редких улыбок, хотя глаза его не улыбались.
А ведь на какое-то мгновение я действительно поверила в искренность его слов. Только все, что случилось, произошло в иной жизни. Здесь же, в Карточной Долине пешке никогда не стать королевой, давно стоило запомнить.
Я подняла глаза. Паша, улыбаясь, ожидал ответа.
— Что? — переспросила я. — Что ты говорил?
— Говорю, идем вечером ко мне. Познакомлю с мамой.
Голова к этому моменту раскалывалась до такой степени, что его дальнейший бубнеж фоном я уже не слышала.
— Ну так что? Это значит да?
Я кивнула.
— Отлично! Зайду за тобой после тренировки! Через час.
Я зажмурилась, почувствовав, как чужие губы поцеловали в висок. Слишком грубые и горячие.
И снова не те.
Север.
Пять букв, которые могут разрушить жизнь и разбить сердце.
По одной из многочисленных теорий моей бабушки, люди делятся на два типа: тех, кто разбивает сердца, и тех, кому их разбивают.
Вернувшись в свою комнату, я опустилась на кровать. На спинке стула висел пуловер Севера. Тот самый, что он забыл у меня дома. Сначала я хотела запихнуть его в шкаф, с глаз долой, но потом поняла, что все мои вещи станут пахнуть как он. А этого я уже не вынесу.
Север как плесень во влажном помещении — везде распространял свое влияние. И я не хотела, чтобы и в моей комнате он захватывал территорию. Поэтому я скомкала кофту, бросила на стол и отвернулась.
Телефон в кармане прожужжал, вибрируя. На экране высветилось болезненное: «Виктор». Зачем я его переименовала?
Я сжала зубы, глядя на зеленую кнопку, все еще ощущая на губах вкус предательства, а потом, не раздумывая, выбрала красную, засунула телефон в сумку и принялась собираться. Спустя минуту Виктор перезвонил снова, и тогда я его вовсе отключила.
С меня хватит!
***
Мы ехали домой к Пашке.
Признаться, я и сама не понимала, почему согласилась.
