Автор
В Карточной долине начинается новый учебный год. Несмотря на густые тени зданий и холодный ветер, атмосфера напряженная и ожидательная. Я — новенькая среди старожилов, каждое слово тренера привязывается к моему сердцу, как будто он видит в нас не просто зрителей, а участников великой игры....
Хотя вряд ли в темноте возможно было его разглядеть, и произнесла спокойно:
— Рада, что моя личная жизнь тебя так увлекает, но иди уже к черту. Больше ничего.
Парень подошел к собственному пальто, порылся в карманах, и уселся на подоконник, сгибая одну ногу в колене, а вторую вытягивая. Чиркнуло колесико зажигалки.
Я поймала себя на том, что смотрю, как пламя отбрасывает тени на угловатое мужское лицо. Вспыхивает и гаснет. Снова и снова. И вдруг Север перебросил мне что-то.
— Знакомо? — лениво произнес он, даже не поворачиваясь в мою сторону.
"Раскрыв ладони, я уставилась на пачку сигарет. Ту самую, что видела сегодня у Пашки.
— Но откуда?
Север едва заметно наклонил голову, словно прислушиваясь. А потом мягко произнес:
— А говорила, рассказала все. Я же предупреждал, Солнцева, что люблю честность. Хочешь дальше я сам? С этого места.
Он выпрямился. Медленно, мягко, словно зверь перед прыжком, расправляющий когти. Обошел по кругу. «Не забывать, что зубы острые», — напомнил разум. Я встала, готовясь защищаться.
— Может кофе? — но слова эти были явно не приглашением. Точно переданной фразой, что я говорила сегодня Пашке. — Ты случайно денег никому не должен? А морду никому не разбивал? — продолжал он, царапая каждой фразой по нервам. Я же не двигалась, словно превратившись в статую, застывшую в невидимом крике.
За окном собрались тучи. Ветер хлыстал по веткам, заставляя стучать в стекла. Погода стремительно портилась, но вряд ли холод наружный мог сравниться с тем, что я ощущала внутри.
— В кафе он поставит свой стул рядом, но ты не заметишь. Как и руку, которую будет пытаться пристроить на твоих плечах. Один раз у него даже получится.
И я почувствовала едва заметное прикосновение к локтю.
— Вы будете говорить о всякой ерунде. Ровно о том же, о чем говорят все на первом свидании. Поднимется ветер. На вечер обещают дождь, вот только ни один из вас не брал зонт. И ты поспешишь обратно. Но он попросит тебя остаться. Накинет на плечи куртку с номером «восемь», вышитым на спине.
Пришлось усилием подавить дрожь, потому что каждое слово было правдой. Север будто знал, чувствовал тот дискомфорт, что я ощущала от прикосновения к плечам тяжелой чужой одежды. Знал, как сильно я хотела снять в себя это присутствие.
Но при этом он стоял сзади, копируя позу Пашки. С одним лишь отличием. Слишком близко. Настолько, что я могла слышать стук его сердца.
Моё же, казалось, могло разрушить каменные стены спящей академии.
