Но президент и Иоланда заключили договор, согласно которому ни единый волосок не должен упасть с головы этого звереныша.
— Когда нас останавливали запреты Эдуарда Кривоносова? — зловеще улыбнулся Мебиус.
— Верно, — с ухмылкой кивнул Гордецкий. — Я рад, что ты вернулся, Андрей. Мне сейчас не помешают союзники.
Дверь архива тихо скрипнула, и оба мужчины обернулись на звук.
В помещение вошла дама в наглухо закрытом черном платье. Ее голову покрывала широкополая черная шляпа, лицо было скрыто густой вуалью.
— Рада это слышать, — глухо произнесла она. — В нынешние времена без союзников просто не обойтись.
Гордецкий уставился на нее удивленно и даже испуганно:
— Кто вы?!
— Некоторые ваши коллеги знали меня как Тамару Оболдину.
— Наслышан о ваших похождениях, мадам! Так вы не погибли?!
Женщина покачала головой:
— Я очень живуча!
— Но как вы сюда попали? В корпорацию нельзя войти без специального пропуска!
— У меня повсюду есть свои люди, господин Гордецкий. Нет дверей, через которые я не смогла бы пройти.
Бывший управляющий приблизился к ней.
— Вы позволите взглянуть на ваше лицо?
— Нет! — воскликнула Тамара Петровна, отпрянув. — Оно сильно обезображено! Я никому не позволю смотреть на себя, пока не сделаю пластическую операцию!
Она прошла в глубь комнаты, стараясь все время держаться в тени.
— Я пришла сделать вам предложение, Эммануил. Предложить сделку, благодаря которой вы сможете вернуть себе расположение руководства.
— Заманчиво, — сказал Гордецкий. — И что вы за это хотите?
— Вы расскажете мне о мальчике-оборотне. Как он попал в «Экстрополис», что с ним здесь произошло, как он сумел отсюда выбраться. Я хочу знать о нем все."
"— О том, что случилось с ним здесь, я знаю. Но лично о нем мне ничего не известно. Ни имени, ни возраста, ни адреса. Я знаю лишь школу, в которой он учится.
— Пока мне хватит и этого.
— Что вы можете предложить взамен? — поинтересовался Гордецкий.
— Другую информацию. Я сообщу вам, где скрывается еще один ваш беглец! Где живут и здравствуют, под другими именами, хорошо известные вам профессор Алексей Винник и его красавица-дочка Ольга.
Гордецкий сначала опешил, но потом, осознав услышанное, довольно улыбнулся.
— Думаю, Тамара Петровна, мы с вами найдем общий язык, — сказал он.
* * *Поздним вечером, когда на улице стемнело и сотрудники корпорации разошлись по домам, в дверь кабинета управляющего «Экстрополиса» кто-то тихо поскребся. Барон Фредерик Ашер сидел за рабочим столом. Перед ним стояло небольшое круглое зеркало. Глядя в него, он осторожно, морщась от боли, отдирал от лица полоски лейкопластыря. Некоторые порезы оказались настолько глубоки, что врачам пришлось наложить несколько швов.