В глубине мрачного Парижа, сердце Рольфа колебалось между магией и страстью, окутывая его в атмосферу загадочной нежности. Кожа под губами мерцала как первоцвет, когда он целовал горящие соски сильнее, чем любое слово мог бы передать. Внутри Рольфа разгоралась жара и тайны, окуная его в мир, где эмоции стекались как искры магии....
— Мне кажется, только что я достаточно убедительно доказала свою реальность, — усмехнулась в ответ и зарылась пальцами в волосы мужа.
Мне нравилась их непокорная жесткость. Вот недаром же говорят, что волосы — отражение характера. Рольф напоминал крепкую скалу, которую не под силу уничтожить никаким жизненным невзгодам. И только со мной он мог быть нежным и чутким, позволяя заглянуть за каменный фасад и открывая душу.
— О да, очень убедительно.
Голос мужа прозвучал так провокационно, что меня обдало жаром.
— Обожаю, когда ты краснеешь, — шепнул Рольф, отводя от моего лица выбившиеся пряди и касаясь пальцами полыхающих щек.
— А я с детства ненавижу эту свою особенность и мечтаю от нее избавиться, — пробормотала в ответ.
— Даже не думай! В наше время это такая редкость!
Рольф поднялся и взял с кресла рубашку. Натянул ее, надел брюки и выглянул в окно.
Атмосфера в спальне изменилась. На смену расслабленной неге пришло едва уловимое напряжение и ожидание.
— Пора?
Я поднялась с постели и потянулась к платью.
— Да.
Рольф помог мне одеться, и вскоре мы уже спустились в подвал, а оттуда пошли по подземному ходу, ведущему к причалу.
Узкий коридор петлял, каменные стены освещались небольшими лампами, которые загорались при нашем приближении и тут же затухали, стоило отойти на несколько шагов.
— Подожди, я проверю, — предупредил Рольф, когда мы добрались до выхода.
Он бесшумно распахнул низкую дверцу и исчез в густых зарослях.
— И чего это вы удумали, а? — Неожиданно послышался знакомый сварливый голос, и на выщербленных плитах пола появился Олли.
Духовик скрестил на груди руки и уставился на меня выпуклыми блестящими глазами.
— Оллилен, чем причитать, ты бы лучше помог.
Я не могла не улыбнуться, настолько комичной выглядела маленькая сердитая фигурка.
Длинный нос духовика дрогнул. Во взгляде мелькнул острый интерес, который Олли тут же попытался скрыть, но я успела его заметить, и духовик это понял.
— Чего делать-то нужно? — Нарочито неохотно спросил он и подошел ближе, оказавшись у моих ног.
— Можешь посмотреть, где сейчас охрана?
— Это я мигом, — кивнул Олли и мгновенно испарился, чтобы уже через минуту вернуться. — Все чисто. Эти дурни у входа в павильон дежурят, — доложил он.
