В глубине мрачного Парижа, сердце Рольфа колебалось между магией и страстью, окутывая его в атмосферу загадочной нежности. Кожа под губами мерцала как первоцвет, когда он целовал горящие соски сильнее, чем любое слово мог бы передать. Внутри Рольфа разгоралась жара и тайны, окуная его в мир, где эмоции стекались как искры магии....
Та же тишина и сонное умиротворение. Даже птицы и те молчали, не рискуя нарушить дремотный покой старого сада и утонувшего в зарослях сирени домика.
Он открыл дверцу, но выйти сразу не получилось.
Ноги занемели после нагрузки, левое бедро простреливало болью, а в правом колене что-то противно хрустело. Все-таки Софи оказалась права, когда говорила, что ему нужно больше времени на восстановление. Да только где же взять эту роскошь? И так почти неделю учился ходить заново, тренировал ослабевшие мышцы, понемногу, шаг за шагом, увеличивая с каждым днем пройденное расстояние.
Рольф с трудом выбрался из моба, и, тяжело опираясь на трость, направился к низкому кованому крыльцу. Правда, дойти не успел. Дверь распахнулась, и на пороге показался Коул. Старый гоблин выглядел так же, как и всегда — скособоченная фигура, длинный, свисающий почти до самого подбородка нос, маленькие, узко посаженные глазки, разглядывающие его пристально и строго.
— Явился, наконец, — после долгого молчаливого осмотра проскрипел Коул. — Две недели, как приехал, а только сейчас нашел время навестить старика.
— Прости, учитель. Раньше не получилось, — покаялся Рольф, по опыту зная, в каких случаях стоит проявить смирение.
— Ладно, заходи, — смилостивился гоблин и посторонился, пропуская его в дом.
Внутри тоже ничего не изменилось. Все было именно так, как он помнил — тесный, плотно заставленный шкафами холл, узкий коридор, ведущий в жилую часть дома, и пыльный, пропахший табаком кабинет с огромным столом, на котором высилась гора книг и старинных свитков.
— Садись, — бросил Коул, устраиваясь на своем привычном месте и подпирая щеки кулаками. — Рассказывай, что там за чудеса у вас происходят. Говоришь, девушка из эри?
— Я тебе этого не говорил, — хмыкнул Рольф, медленно опускаясь в кресло и знакомо морщась от ощущения впившихся в спину пружин.
И тут ничего не изменилось. Уж по части удобства, так точно.
— Это да, — подтвердил Коул, согласно кивнув.
— Тогда откуда узнал?
— Мне и твоих умолчаний хватило, — отмахнулся гоблин и снова повторил: — Рассказывай.
И Рольф заговорил, перечислив только факты и положив на стол схему защитных плетений кулона. Выводы делать не стал, предоставив это Коулу.
Старый маг долго молчал, потом беззвучно пошевелил губами, но не произнес ни слова.
