В глубине мрачного Парижа, сердце Рольфа колебалось между магией и страстью, окутывая его в атмосферу загадочной нежности. Кожа под губами мерцала как первоцвет, когда он целовал горящие соски сильнее, чем любое слово мог бы передать. Внутри Рольфа разгоралась жара и тайны, окуная его в мир, где эмоции стекались как искры магии....
Оставалось только получить лицензию и устроиться в больницу святой Элжбеты. Тем более что доктор Зейден обещал придержать для меня освободившееся недавно место. А вот про теру Калль узнать так ничего и не удалось. Эльза только и смогла сказать, что мама умерла, а вот как и отчего это произошло, девочка не знала. Да и в их прежнем доме, куда я пошла первым делом, теперь обитала другая семья, которая не слышала ни о тере Калль, ни о ее детях.
— Приехали, леди.
Пролетка остановилась перед зданием медицинской академии, и возница хмуро посмотрел на меня из-под кустистых бровей.
— Два рена, — буркнул он и отвел глаза, понимая, что назвал завышенную цену.
— Полтора, как и договаривались.
Я протянула деньги и спрыгнула с подножки.
— Так быстро же доехали. Я торопился, как мог, — попробовал добиться своего возница, но я не хотела переплачивать.
Уж что-что, а цену деньгам я знала очень хорошо. И раскидываться ими не собиралась. У меня дети. И лицензия. И аренда дома. И куча планов на будущее.
— Хорошего дня, — «не услышав» намека, пожелала извозчику, и тот, недовольно скривившись, дернул вожжи.
А я направилась к массивным дверям академии.
Внутри совсем ничего не изменилось. Высокий просторный холл, пахнущий краской и карболкой, широкая лестница, ведущая на второй этаж, выщербленные плиты пола. А еще — обшарпанные подоконники, на которых сидели уткнувшиеся в конспекты студенты, и тот знакомый и привычный гул голосов, от которого сильнее забилось сердце.
— К кому? — Остановил меня на проходной бдительный дежурный.
— Подать документы.
— Это вы про лицензию?
— Да.
— Второй этаж, двадцатый кабинет, от входа направо, — сообщил дежурный и тут же потерял ко мне интерес, уставившись на двух рассмеявшихся студентов. — Тишина, теры! — Грозно рявкнул он, а я, отметив, что в родной академии действительно ничего не изменилось, направилась к лестнице.
Дверь в кабинет секретаря открывала с осторожностью. Правда, та оказалась излишней. Теры Экваль, злющей старой девы, занимавшей этот кабинет все годы моей учебы, за столом не было, а вместо нее за ним сидела симпатичная молодая тера и с упоением читала журнал светской хроники.
— Вам чего? — Не отрываясь от магографии красивой пары, спросила она и мечтательно вздохнула.
Вздох относился явно не ко мне.
— Я хочу подать документы на получение лицензии.
— Список на столе. Приходите, когда все соберете, — по-прежнему, не глядя на меня, сообщила девица и перевернула страницу журнала.
