В глубине мрачного Парижа, сердце Рольфа колебалось между магией и страстью, окутывая его в атмосферу загадочной нежности. Кожа под губами мерцала как первоцвет, когда он целовал горящие соски сильнее, чем любое слово мог бы передать. Внутри Рольфа разгоралась жара и тайны, окуная его в мир, где эмоции стекались как искры магии....
— Рольф?
— Не могу разобраться, Софи, — наконец ответил тот. — Слишком необычный и сильный выброс.
— Сильнее, чем в прошлый раз?
— Да. И он до сих пор не прекратился. Каждый день новые сюрпризы. Рес! С одной стороны, я рад, что ты здесь, но с другой — лучше было бы, если бы ты осталась в Бреголе. Хотя нет. Там тоже опасно.
Он крепче сжал меня в объятиях и еле слышно выругался. А мне вдруг стало не по себе.
— Рольф, я чего-то не знаю? — Я подняла глаза на мужа и успела заметить, как в его собственных мелькнул страх.
— В тот вечер на приеме отравить пытались не меня.
Руки вокруг моей талии сжались сильнее. Будто Рольф пытался закрыть меня от опасности, удержать, защитить от неведомого зла.
— Ты хочешь сказать… — Я не договорила и тихо спросила: — Ты уверен?
— Уверен, Софи, — ответил муж. — Я не хотел тебе говорить, но мои подозрения подтвердились. Не буду долго объяснять, просто поверь, в тот вечер убить хотели именно тебя.
Я нахмурилась, пытаясь понять, кому могла понадобиться моя смерть.
— Но зачем? — Так и не придя ни к какому мнению, спросила мужа. — У меня нет врагов, да и родственников, желающих получить наследство — тоже. Хотя мне и оставлять-то нечего. И никому из магов я дорогу не переходила. Да и вообще, кому нужна обычная медсестра?"
"— Если только эта медсестра не носит мое имя, — негромко сказал Рольф.
— И это снова возвращает нас к вопросу о том, кому это выгодно, — так же тихо ответила я.
— Для Эндрю ты не представляешь никакой угрозы. И потом, я слишком хорошо знаю кузена. Оболгать, подставить, напакостить исподтишка — это в его духе. А вот убить он не способен.
— А что насчет его матери?
— Софи, я понимаю, тетушка производит странное впечатление, но она не убийца. И потом, если бы она хотела прибрать к рукам Рендолл, то могла бы сделать это еще много лет назад, когда я остался на ее попечении. Нет, это не она.
— Ну, у меня больше нет кандидатур, а у тебя?
— Софи, поверь, мы со всем разберемся. Каллеман — лучший в своем деле, он обязательно найдет преступника. А я никому не дам тебя в обиду. Да и в Рендолле, к счастью, нет посторонних.
— Ну, это если не считать Амалию. Кстати, а где ее брат?
— Здесь. Увы, он успел вернуться до выброса. Но с этим я пока ничего не могу поделать.
— Они знают, что из Рендолла нет выхода?
— Сомс — да. Амалия пока не догадывается.
