В глубине мрачного Парижа, сердце Рольфа колебалось между магией и страстью, окутывая его в атмосферу загадочной нежности. Кожа под губами мерцала как первоцвет, когда он целовал горящие соски сильнее, чем любое слово мог бы передать. Внутри Рольфа разгоралась жара и тайны, окуная его в мир, где эмоции стекались как искры магии....
— У него тоже слабое сердце? — Хмыкнул Эшвуд.
— Нет, длинный язык, — в тон ему ответил мой муж. — И он обязательно поделится с матушкой всем происходящим.
— Понял, — кивнул Сомс и добавил: — Хотя, чему удивляться? Эндрю с детства был доносчиком. Вот. — Эшвуд неожиданно остановился и указал рукой на сворачивающий влево коридор. — Видишь?
Мы с Рольфом тоже остановились, и я замерла, разглядывая медленно ползущую по стенам плесень. Та двигалась, словно живая, неуклонно приближаясь к жилому крылу.
— Сомерсет, тебе лучше уйти, — ровно произнес Рольф.
— Но как же леди София? — Попытался возразить Сомс, а я неожиданно подумала о том, что они с сестрой тоже были на том приеме. И вполне могли подсыпать яд в мой бокал.
Мать-Заступница, неужели я теперь буду подозревать всех и каждого?
— Эшвуд, иди к себе, — спокойно сказал Стейн. — Или навести Амалию, ей нездоровилось. И проследи, чтобы она не выходила из комнаты.
— Ладно, — неохотно согласился Сомс и медленно пошел прочь, а Стейн внимательно посмотрел на меня и спросил: — Не боишься? Может, вернешься к себе?
— Нет.
— Уверена?
— Чем быстрее справимся, тем быстрее сможем выбраться из замка и поехать за детьми.
По щеке прошелся легкий ветерок. Внутри что-то дрогнуло, словно откликаясь на чужую силу, но стоило мне прислушаться к себе, как все исчезло.
— Хорошо, — согласился муж. — Только не отходи от меня ни на шаг.
Рольф крепко взял меня за руку и двинулся вперед.
— Рольф, похоже, это прорыв, — тихо сказала мужу и описала то, что вижу.
— Рес! — Выругался тот и добавил еще пару забористых ругательств. — Такое уже было триста лет назад. Тогда в замок тоже стали просачиваться мелкие твари из другого мира. Если их не остановить, за ними придут те, что крупнее и опаснее.
Рольф обвел взглядом стены и задумался.
