София Экман бежала от хриплого злобного голоса своего бывшего пациента. Ее мать-Заступница просила скорее забыть этот сальный взгляд и прикосновение холодных губ. Она летела по заснеженной улице, пытаясь избавиться от напоминаний и воспоминаний.
Красивая обстановка, нежные тона стен и текстиля, изящный декор, просторные ванные и гардеробные, встроенные лифты для еды и один большой грузовой, наличие электрических и магических светильников – тот, кто планировал этот особняк, явно хорошо знал свое дело, и Гровенор выглядел удобным для проживания большой семьи.
Я рассматривала картины, украшающие коридор второго этажа, и невольно думала о хозяине дома. Все-таки идея с браком подвернулась удивительно вовремя. Возможно, у меня получится немного расшевелить Стейна, пробудить в нем интерес к жизни и заставить «мужа» выбраться из добровольного затвора.
Я оторвалась от картины, на которой высился одинокий замок, и подошла к окну в эркере холла.
Времени на раздумья не было.
– София, мне кажется, или вас действительно стало слишком много? – Встретил мое появление Стейн.
Он поморщился, отложил бумаги и потер переносицу уже знакомым усталым жестом.
– К вам гости, Рольф. Молодой мужчина и пожилая дама.
– Проклятье! – Посмотрев в окно и увидев медленно пробирающуюся по дорожке парочку, тихо пробормотал Стейн."
"В его глазах сверкнули алые искры, а губы сжались так плотно, словно лорд пытался сдержать рвущееся с них ругательство.
– У нас проблемы?
Иначе с чего бы муженьку так хмуриться?
– Это моя тетушка и ее сын Эндрю, ваш наниматель, – ответил Стейн и прошелся по мне оценивающим взглядом. – Вам идет этот цвет, – неожиданно сказал лорд и тут же, словно торопясь сгладить впечатление от своих слов, строго сказал: – Постарайтесь вести себя естественно. Кстати, будет лучше, если вы подойдете ближе.
