София Экман бежала от хриплого злобного голоса своего бывшего пациента. Ее мать-Заступница просила скорее забыть этот сальный взгляд и прикосновение холодных губ. Она летела по заснеженной улице, пытаясь избавиться от напоминаний и воспоминаний.
И сердце почему-то частило, захлебываясь собственным стуком.
– Темной ночи, София, – негромко пожелал Стейн и закрыл глаза.
Вскоре размеренное дыхание подсказало, что мой супруг уснул.
Я попыталась последовать его примеру, но, промучившись несколько часов, поняла, что заснуть все равно не смогу, и тихо вздохнула. Небо на востоке едва заметно посерело, предвещая скорый рассвет. Со стороны дороги послышался скрип тележки молочника. Где-то вдалеке залаяла бродячая собака. Интересно, как она попала в фешенебельный квартал?
– Ну что вы там вертитесь? – Не открывая глаз, устало спросил Стейн, и мне стало неловко.
Мало того, что сама не сплю, так еще и мужу мешаю.
– Идите сюда, – неожиданно сказал лорд и притянул меня к себе на грудь так ловко, словно это не стоило ему никаких усилий.
– Отпустите, – попыталась возмутиться в ответ, почувствовав под щекой мягкие волоски на мерно вздымающейся груди.
– Какая же вы упрямая, – вздохнул Стейн, и не успела я вырваться, как он произнес какое-то непонятное слово и добавил: – Спите, Софи.
И я действительно уснула. И никакие сны меня больше не беспокоили.
***Пробуждение вышло странным. Непривычно мягкая перина, белоснежное белье, отчетливый аромат лаванды, к которому примешивался тонкий, едва уловимый запах, чем-то похожий на смесь апельсина и кедровой смолы.
Солнце ярко заливало комнату сквозь незашторенные окна, за которыми весело чирикали воробьи. Мне даже на миг показалось, что я снова дома, и сейчас войдет мама с привычным пожеланием темного утра.
Я бросила взгляд на часы, стоящие на каминной полке, и охнула.
– Софи, ты невозможная лентяйка! – Бормотала вслух, натягивая платье. – Не хватало еще, чтобы Стейн решил, будто ты забылась!
Я торопливо умылась, быстро привела себя в порядок и выскочила из комнаты. А спускаясь по лестнице, едва не споткнулась, увидев входящего в дом мужчину – высокого, поджарого, с жестким лицом и черными, без белков, глазами.
