София Экман бежала от хриплого злобного голоса своего бывшего пациента. Ее мать-Заступница просила скорее забыть этот сальный взгляд и прикосновение холодных губ. Она летела по заснеженной улице, пытаясь избавиться от напоминаний и воспоминаний.
Он ведь не по мою душу пришел, этот Каллеман?
В памяти сразу всплыли злобные глазки тера Дарреля и его угрозы. Нет, магическая полиция отличалась от обычной, и Каллеман никак не мог быть связан с главой простого отделения, но все равно мне стало не по себе. Кто их знает, этих императорских ищеек? Что для высших магов, что для чиновников обычные люди ничего не значат.
– Эрик, это моя жена, леди София, – продолжил Стейн, и сразу две пары черных глаз уставились на меня с почти одинаковым выражением.
Сосущее ощущение под ложечкой усилилось.
– Леди Стейн, – продолжая разглядывать меня, сказал Каллеман и только после этого слегка склонил голову.
– Лорд Каллеман, могу я предложить вам чаю?
Я изображала радушную хозяйку, а сама размышляла о том, что привело главу магполиции к Стейну. Может, тот успел пожаловаться на угрозы Харлоу? Или это не связано с покушениями? Мне хотелось верить, что визит полицейского не имеет никакого отношения ко мне, но мерзкое сосущее ощущение никуда не делось.
– Не откажусь, – почему-то переглянувшись со Стейном, ответил Каллеман.
– Софи, а те чудесные лимонные кексы еще остались? – Спросил муж и улыбнулся мне так, что я едва не поперхнулась.
Вот это да! Неужели непрошибаемый лорд умеет быть настолько обаятельным? Да это же просто преступление против женского пола, потому как улыбающийся Стейн просто неотразим!
Запястье нестерпимо зачесалось, и я вдруг вспомнила про вчерашнее «украшение». Похоже, цветок реагировал на мужа! Или на Каллемана?
– Принесешь?
Роль любящего супруга удавалась Стейну просто блестяще.
– Конечно, дорогой, – кивнула я и поспешила на кухню, торопясь уйти из-под прицела колдовских глаз.
Все-таки, что ни говорите, а присутствие сразу двух высших магов в одной комнате – это перебор. Тут с одним бы справиться!
– Ну и куда ты так несешься? – Раздался недовольный голос, и я увидела Олли.
Духовик сидел на раме одной из картин и болтал ногами.
– За чаем.
Я открыла раздвижные двери кухни.
– Каллеман пришел? – Мгновенно оказавшись впереди меня, спросил Олли, хотя я подозревала, что он прекрасно знал ответ на свой вопрос.
– Да. Ты с ним знаком?
– Кто ж его не знает! – Хмыкнул духовик и повел носом. – А это что, кексы? – уточнил он, когда я достала из стазшкафа оставшуюся выпечку. – Настоящие лимонные? А мне дашь?
Глаза Олли загорелись ярким синим светом. Мне даже показалось, еще немного, и из них посыплются искры.
– Дам, – кивнула в ответ.
