Автор
Ночные пути сквозь тени коридоров Илларии, где лишь Шуш - кратковременная невидимость, помогает избежать пристального внимания драконьих стражей. Академия словно вернулась в средние века, оборвав связь с внешним миром и превратившись в тюрьму для истинных сердец.
Ага, та самая, после которой оппоненту можно заказывать заупокойную службу в храме Неведомого.
— Брюгве-е-ер, — не говорит — шипит ба. — Хотя чему я удивляюсь? Где тебе ещё быть, кроме как в Илларии? Что, как и братец, разлагаешь умы подрастающего поколения?
И если поначалу Арбан был просто ошеломлён встречей с бабуленькой, то после её заявления мужчина хищно сощуривается. Быстро обводит взглядом нас с Рейвом и застывших недалеко носильщиков. Последние, будто почуяв грозу, быстро шмыгают в ближайшую спальню. Могу поспорить, они будут сидеть там, пока проблема не рассосётся сама собой.
— Э-э-э… — тяну я в шоке.
Между этими двумя так искрит, что мне хочется срочно позвать ректора с его водяными заклинаниями — тушить пожар, который вот-вот вспыхнет.
— Вы знакомы?
— Конечно, — чопорно поджав губы, отвечает магистр. — Виреми служила…
— А вот это вообще неважно, — резко прерывает его бабуленька. — Я больше знакома с его братцем. Мартином Брюгвером. Автором той самой энциклопедии. И тем, кто пытался повторить проклятый ритуал, разделивший жизнь альв и драконов на до и после.
— Очешуеть можно, — потрясённо выдыхает Рейвард, озвучивая и мои мысли.
— Прекрасная идея. — Бабуленькая бросает в нашу сторону косой взгляд. — Разомни крылышки, дракон. И жену свою забери.
Взрослым надо поговорить.
— Ну нет. — Я встаю в позу, складываю руки на груди и свирепо смотрю на целый секретер загадок, именуемый моей бабушкой. — Давай выкладывай.
— Кара… — начинает ба, и в её голосе столько снисхождения, что мне хочется её придушить.
— Даже не думай съезжать! Я родителям все твои выходки расскажу! Все! Даже по которым срок исковой давности вышел!
— Напугала альву драконьей жопой, — фыркает бабуленька, нисколько не стесняясь присутствия Рейва и Арбана.
— Они тебя ко двору вернут, — угрожаю я.
— Я возглавляла дипломатическую миссию Алерата в первые годы Столетней войны, — тут же признаётся бабушка. А когда понимает, что повелась на мою манипуляцию, хитро ухмыляется и покачивает указательным пальцем.
— А ты молодец. Пользуешься слабостями старой женщины.
— Вот прибедняться не надо. — Я закатываю глаза.
— И обманывать тоже, — вставляет Брюгвер, фокусируя на себе наше внимание.
