Автор
Пари на счастье — это драматический роман о женщине, умирающей от тяжелой болезни. Её последняя волна надежд заключается в том, чтобы найти то, что сделает её жизнь значимым для окружающих. Вместе с ней читатель оказывается на пороге своего собственного выбора и ответственности, когда мир вокруг начинает меняться под влиянием её больной души....
Алексей положил афишу на ближайшую скамейку, и сам не понимая зачем, несколько раз оглядывался, пока спускался в метро, проверяя, не унёс ли ветер листок. И что его так проняло? Он, усмехаясь сам себе, пожал плечами.
* * *— Что у тебя на волосах? — удивилась Светлана."
"Она подалась вперёд и протянула руку, беря косу дочери.
— Заколка… подарок… — Наталья отпила чай и, поведя головой, высвободила свои волосы.
Мать села ровно, и снова взялась за вилку.
— Дизайнеры совсем сума посходили. Могу поклясться, что видела такие же зажимы для штор… — проворчала женщина.
— Да ты что? Надо же, — делано удивилась Наталья.
Что они понимают, эти дизайнеры, когда сам Михаил Громов, автор «бренда»… девушка обхватила ладонями любимую кружку с чаем, и мечтательно вздохнула. Как он доехал? Что делает сейчас? Как же хотелось узнать… Без своего телефона она была так несчастна, не могла же звонить из гостиной, когда в доме столько посторонних ушей!
— Таш, ты о чём задумалась? — прорвался в её мысли голос матери.
Наталья встрепенулась, и удобнее устроилась на стуле. Она привычно положила одну руку на отделанную мягкой светлой кожей спинку, устроила на ней голову, позволяя длинной косе соскользнуть вниз, и вздохнула.
— Что ты делаешь, когда сильно скучаешь по папе, мам?
— Обычно звоню и донимаю его пустыми разговорами, — хмыкнула Светлана, и так же вздохнула, — Таш, ты только не сердись, но я, кажется, малость перегнула палку вчера на вечере… короче…
— Что? — удивилась Наталья, — неужели выпила лишнего и разнесла там всё к чёрту?
— Да ну тебя! — проворчала Светлана, — я просто сболтнула лишнего, но это совершенно оправдано.
Наталья ничего не понимала, но велела себе выслушать мать, зная её обычные долгие словесные прелюдии.
— Марева достала меня вчера. Просто достала! — Светлана откинулась на спинку стула, закидывая ногу за ногу.
При этом полы её халатика распахнулись, приоткрывая стройные ноги. Да, они у мамы были что надо, подумалось Наталье.
— Мам, давай ближе к делу…
— Ладно, — женщина состроила несчастное лицо, и продолжила, — короче, не злись, но я сказала ей, что у тебя есть мужчина и ты влюблена, и всё такое… вот…
— Откуда ты знаешь о нём? — глаза дочери распахнулись шире, и она едва не свалилась со стула, от неожиданности.
— О ком? — похлопала длинными ресницами Светлана.
— О нём, — пробормотала Наталья.
