Автор
В Пари на сиротку, ревнивый друг Натана не может устоять перед очаровательной и своенравной холмгольванкой-сиротой Хелли. Под звездами она отказывается от всех предложенных покровительств, пока в ее глазах не выгорает решимость выбрать правильного защитника.
Только пойдем к иве, – предложил Тарис. – Здесь, у болота, ты вряд ли сможешь сосредоточиться. Кстати, конфету хочешь? Заесть гадкое зрелище…"
"На дерево мы не полезли: Тарис сказал, что ветки не такие удобные, чтобы расслабленную позу принять. Так что уселись под ивой. Я прислонилась, как велено было, спиной к стволу, а он напротив устроился. Оба мы отлично поместились на длинном пальто Тариса. Я не возражала, уже в традицию у нас вошло, что потом повторяем заклинание очистки одежды. Практика же!
Садиться в позу «лотоса» я уже давно не стеснялась перед мальчишками.
Тарис высыпал передо мной горсть конфет и озабоченно спросил:
– Ты же такие любишь?
Не-а. Я с темной начинкой люблю, но не говорить же об этом? Когда угощают – следует благодарить, а не капризничать. Дареной козе под хвост не заглядывают!
– Да, спасибо! Но они точно отвлекут, – предупредила, развернув конфетку и сунув в рот.
– Наоборот как раз, – хмыкнул мой куратор. – Теперь дай мне руки. Чувствуешь тепло? Теперь представь, что это не я тебя за руки держу, а ты протянула их к огню камина… ласковому, греющему пламени, которое тебя, огненную стихийницу, обжечь не может…
Камин я впервые увидела, честно сказать, в холле общежития – здесь, в академии. Да и тот не горел, не холода же еще. Промолчала об этом, но представила себе костер.
– А теперь закрой глаза и сосредоточься на этом пламени. Вообрази, что это огонь, твой, родной, близкий… Он ласкает тебя, нежно, неторопливо… Попробуй думать только об этом, наслаждаться его лаской.
Наверное, я все же плохая ученица. Сосредоточиться на ощущениях у меня получилось практически мгновенно. Вот только вообразить и поверить, что касаюсь пламени костра, не выходило.
Руки это были! Мужские сильные и очень-очень нежные.
