Автор
В зале студентов бурлит ропот. Марк Волшин заявляет, что за три дня он с новенькой переспит, в то время как остальные студенты уверяют, что максимум - два дня. Настроение настолько напряженное, что даже трепаку девушки с ее записями подвергается насмешкам. Каждый ждет, кто же из них окажется первым в этой веселой розысках....
Стоит только представить, что когда-нибудь все наладится, как в моей реальности происходит очередная жопа. Одна краше другой.
Я стояла голая в тесной душевой, с меня потоками лилась вода, внутри все кипело и бурлило, и ни единой мысли, что быть дальше. Уверена, что за дверью поджидают дорогие одногруппники, которые решили устроить себе праздничное развлечение за мой счет. И что прикажете делать? Сидеть здесь до посинения? Так ведь холодно, тесно, неудобно. Выходить? Так там эти сволочи! Почему у меня всегда все не слава Богу? То одно, то другое.
Впрочем, в этот раз выбор не велик: или прятаться, или выйти с гордо поднятой головой. Все просто.
Прятаться я никогда не любила, так что…
Я грустно посмотрела на свое отражение в запотевшем зеркале. Эх, чувствую, быть мне сегодня звездой Ютуба.
И тут Вселенная все-таки решила надо мной смилостивиться. На полу под раковиной я заметила скомканный пестрый комочек. Мои стринги! Они так малы, что похитители их обронили и даже не заметили.
Жопа у меня накаченная, как орех, красивая. Живот рельефный, особенно после тренировок, ноги длинные, сиськи — наглые, стоячие. Такую красоту и показать не стыдно.
Давай, Анька! Вперед и с песней! Пусть порадуются. Главное, улыбаться пошире да постервознее, чтобы никто не понял, как на душе хреново.
Я вдохнула полной грудью, на миг задержала дыхание, зажмурилась, а потом решительно шагнула к двери.
Хотите шоу? Пожалуйста!
Широким жестом распахнула дверь и уверенной походкой от бедра вышла в коридор.
Твою мать…"
"Здесь была почти вся группа. Веселые, пьяные, жадные до развлечений. Стоило только им меня увидеть, как раздались аплодисменты, свист, улюлюканье, смех. Чуть уши не заложило. Меня будто стая гиен окружила. Кто-то угорал, кто-то снимал на телефон, кто-то выкрикивал непристойности.
Меранов тоже был здесь. Стоял чуть поодаль, сложив руки на груди и подпирая могучим плечом стену и, не отрываясь, смотрел на меня. У меня заломило сердце, так сильно, что перед глазами темные круги поплыли.
Я сдержала первый порыв броситься бежать со всех ног. Стоять, Оса! Стоять! От стаи нельзя бежать, бросятся следом и порвут. Заставила себя стоять. Стоять и небрежно улыбаться. Будто все супер, все в полном порядке. Шакалиные вопли продолжались.
