Но я им не верю! Мы с тобой, Жанно, — он ухватил бутылку с вином и стал пить прямо из горлышка, — не преступники, а жертвы! Мы — жертвы этого общества, а они…
— Еще ты говорил, что мне нельзя возвращаться «из-за всего остального». Что это за все остальное?
— Отморозки из Бугенвиля. Такие ничего не забывают. Если они пронюхают, что ты опять в городе, найдут тебя и — того…
Список опасностей рос день ото дня. Полиция. Люди в черном. И вот теперь банда местных бандитов… Ему хотелось завыть в голос. Но он сидел молча. Как будто под наркозом.
— Это еще не все… — совсем тихо проговорил Шампунь.
Януш наклонил шею, словно подставляя ее под удар. Давай, прикончи меня, говорил его жест.
— Марсельская полиция… Они думают, что ты замешан и в том убийстве…
— Каком еще убийстве?
Януша затрясло. От головной боли мутилось в глазах.
— Почему они решили связать оба убийства?
— Я-то почем знаю? Я тебе не легавый.
Януш вдохнул поглубже. Надо все начинать сначала.
— Ты помнишь, когда точно нашли тело?
— Где-то в середине декабря.
— Личность жертвы установили?
— Ага. Болгарин какой-то. Из пригородной шпаны. Я его не знал.
— Он входил в банду из Бугенвиля?
— Не знаешь, они нашли на месте преступления отпечатки пальцев?
— Да что ты ко мне привязался? Откуда мне-то знать?
— Так что там насчет этого обгорелого?
— Ну, его нашли в каланке Сормью. Двенадцать километров отсюда, если по прямой. Валялся голый, весь обгорелый. Трепали, что тело течением принесло, но я тебе сразу скажу: брехня. Где его вальнули, там и бросили.
— А почему они решили, что это убийство?
— Так там же все обставлено было!
— В каком смысле — обставлено?
Шампунь расхохотался:
— Мужик был с крыльями!
— Зуб даю. У него на спине были крылья приделаны, тоже обгорелые. Журналисты болтали, что мужик летал на дельтаплане и упал в море. Но это все хрень. Где же он тогда обгорел? И почему голый?
Януш его не слушал. Убийца с Олимпа. Это имя молнией в черном небе пронзило его мозг. До того как убить в Бордо Минотавра, он убил в Марселе Икара.
— На, глотни. — Шампунь протягивал ему бутылку. — Ты белый весь.
— Спасибо, сейчас пройдет.
— Чего, соскочить надуман?
Януш повернулся к приятелю:
— Откуда тебе все это известно?
Шампунь улыбнулся и надолго присосался к бутылке с вином.
— У меня связи, — наконец объявил он.
Януш схватил его за воротник и резко притянул к себе. Бутылка опрокинулась и покатилась по наклонной поверхности причала.
— Эй ты, отпусти! Просто я знаю одного мужика, и все! Клоди его зовут. Он раньше бомжевал, а потом бросил. Работу нашел.
Шампунь высвободился и на четвереньках пополз за бутылкой, которая уже почти докатилась до темной воды, и успел подхватить ее в последний момент.
— Почти в полиции, — ответил он, вернувшись на прежнее место.