На разделявшем их подлокотнике возникли два стаканчика, крошечные, как ружейные пули.
Амар склонился над ними с бутылкой. Юсеф поднял свою стопку:
Шаплен выпил водку залпом. Она показалась ему густой, как лак. Он зашелся кашлем. Выпивка обожгла ему горло, огнем разлилась в груди, растеклась по рукам и ногам.
Юсеф издал свой короткий смешок, тут же утонувший в улыбке Джокера.
У Шаплена на глаза навернулись слезы. Сквозь их пелену он различал копошение снаружи. Поникшие плечи и сгорбленные спины нелегалов окружало облако пара. Негры, арабы, узкоглазые, индусы, славяне… Они жались друг к другу, топтались на тротуаре, ожидая неизвестно чего.
— Платить тебе за паспорта.
— Ты их рожи видеть? Эти все больше покупать вид на жительство.
— Это не ответ. Как им удается?
— Скидываются. Залезают в долги. Как-то выкручиваться.
Шаплена замутило. Он участвовал в этой торговле. Был причастен к этому рабству. Как он скатился так низко? Его личности — будто ступеньки, по которым наверх не выберешься.
— И больше я тебе ничего не рассказывал? — настаивал он. — О своем прошлом, о своей жизни?
— Могу сказать, ты измениться.
Тот поддел пальцем отворот его бархатного пиджака от Нола Смита.
— Прикид все круче. Стрижка. Парфюм. По мне, чертов бабник.
Нельзя упускать такой случай. Он выпил водку и сыграл ва-банк:
— Мне нужны девочки.
Юсеф откровенно расхохотался:
— А твои бабы, братан?
— Я даже их номеров не помню.
— Могу тебя знакомить. Наши девочки. Самые лучшие.
— Нет. Мне нужны девочки… с юга. Магрибианки.
Похоже, Юсеф обиделся. В его змеиных глазах вспыхнул огонек. Пламя, напоминавшее плотный и опасный жар водки в его руке. Шаплен испугался худшего, но губы босняка дрогнули, глаза сморгнули.
— Ступай к Софи Барак.
— Через нее проходить все арабки.
— Отель «Теодор». Там ее штаб этот год. Тупик улица Артуа. Скажи, я послал. Я продавать ей бумаги для девочек.
— Она меня не пошлет?
— Нет проблем. Она обожать гаденышей вроде тебя. Но говори громко. Она из Ливан. В детстве почти оглохнуть от бомбежек.
— А если не через нее? Вдруг я сам захочу поохотиться?
Юсеф взглянул на Амара. Впервые на губах великана промелькнула улыбка.
— Ищешь цыпочку, иди в курятник. Ступай к «Джонни» улица Клеман-Маро. Сам договориться. Встретиться завтра. Тогда ты получать свое. Должок там посмотрим.
— Целый трюм, glup. Твои слова. Ну пока.
Он сунул ему в карман пиджака две бумажки по пятьсот евро.
— Одну выпей мое здоровье.
— Что это еще за глупости?
Снова комната свиданий. Снова Солина. В бешенстве прокручивает картинки на своем ноуте. Ее свидание с Янушем, записанное камерой слежения.
— Я тут ни при чем, — ответила Анаис. — Я…
— Заткнись. Ты хоть соображаешь, во что вляпалась?
Солина поднял очки на лоб и нервно задвигал желваками.